— Тогда идём со мной к центру. Встретимся с Красноглазкой.
— Вечные хотят закрепить часть города силой тех первоуровневых, кто останется с ними. Это разумно, но это пустая надежда. У Города есть одно сердце… — Феликс покрутил пальцем в воздухе, подбирая правильные слова. — Во время кризиса Несбывшейся там ещё оставались люди. Но обитаемым это место так потом и не стало. Декорации меняются частично и криво, а перерождения людей нет вообще.
— Хочешь сказать, этот осколок будет мёртв?
— Важен крупнейший осколок. Или, может, нужен просто большой. Я не знаю. Но все известные мне попытки вернуть людей на Несбывшуюся провалились.
— Но большую часть людей они уже похитили тем или иным способом. Их реально как-то вернуть?
— Я не всесилен, Полярис. Но для опытного химеролога ничего невозможного нет. Я собирался подчинять рои и стравливать насекомых друг с другом. Переход заражённых в обратную форму потребует обратного процесса и системы самовыведения из организма… или повышение иммунитета… скажи, ты ведь не против, если на один круг внешность у них будет малость подпорчена?
— Лишь бы они от этого с ума не сошли.
— В общем, я думал в эту сторону. Но у меня нет столько времени и сил. Сейчас мой рой занимается точечным уничтожением ланцетов по Городу, но их слишком мало. Мне нужны твои фокусировка и могущество, чтобы подчинить улей.
Взгляд Феликса странно блуждал вокруг, и что-то в его движениях стало немного… нечеловеческим. К примеру, теперь он сначала скашивал взгляд в сторону и только потом медленно поворачивал туда голову. И ещё… это что у него, второе веко?
— Я пробовал сделать это сам, но мне не хватает… чувствительности. Без твоей ауры я могу только запускать самоуничтожение ячейки… как тогда.
А ещё появились странные паузы между словами.
— Сейчас, попробую кое-что, — сказал я и чуть громче бросил в сторону для Красноглазки и Маруславы на том конце стрима.
— Полярис? — сразу же отозвалась она.
Похоже, шёл бой, но сама волшебница не участвовала.
— У вас сражение? Набери как закончится.
— Нет, уже почти, — остановила меня она. — Что случилось? Ты в порядке?
— Пока да. Если ты меня слышишь, то и Красноглазка должна.
— Да, рисует что-то на плитке, пока мы тут стоим.
Маруслава повернула КПК так, чтобы я мог рассмотреть вид по ту сторону. На лице у нашего чуда были смешанные чувства, а взгляд то и дело реагировал на громкие звуки. На трансляцию со мной она, впрочем, тоже посматривала.
— Помнишь Феликса? Вы виделись как-то.
Она наклонила голову, будто пыталась заглянуть куда-то под камеру. КПК держала Маруслава. Звуки идущего боя постепенно стихали.