— А что с местным населением? Они же русские, православные.

— Местное население пострадать не должно. Мы идём не завоёвывать, а восстанавливать законность. Кто подчинится новому порядку — останется невредимым.

— А кто не подчинится?

— Получит урок, который запомнит надолго, — мрачно ответил я.

Путь до владимирских земель занял неделю. Шли не торопясь, давая возможность вестям о нашем походе опередить армию. Хотелось, чтобы Константин и Юрий успели осознать безнадёжность сопротивления.

На границе владимирских земель нас ждал сюрприз. Небольшой отряд — человек двести — выступил навстречу с парламентёрским знаменем.

— Кто там? — спросил я разведчика.

— Боярин Семён Жирославич, воевода князя Юрия. Просит переговоров.

— Пусть подъезжает.

Семён Жирославич оказался пожилым воином с седой бородой и умными глазами. Он спешился и поклонился мне, но без раболепства.

— Князь Виктор, — сказал он, — князья Константин и Юрий просят отложить военные действия. Они готовы к переговорам.

— О чём переговариваться? — холодно спросил я. — Вопрос ясен — либо они признают новый порядок, либо получают нового князя.

— Князья хотели бы обсудить условия подчинения, — осторожно сказал боярин.

— Условия простые. Полное признание моего великого княжения, участие в общей обороне, единая внешняя политика. Взамен — сохранение местного управления и древних привилегий.

— А что с титулами? Константин Всеволодович считает себя великим князем владимирским.

— Может считать себя кем угодно, — пожал я плечами. — Но подчиняться будет мне.

— Это… это может быть сложно принять.

— Тогда не принимайте. Объясню силой.

Семён Жирославич поклонился и поехал обратно. А я приказал продолжать движение к Владимиру.

— Похоже, они ещё надеются договориться, — заметил Войтех.

— Напрасно надеются, — ответил я. — Время переговоров прошло. Теперь говорят мечи.

На следующий день разведчики донесли — владимирские князья собирают ополчение. К Владимиру стягиваются отряды из Суздаля, Ростова, Ярославля и других городов.

— Сколько они могут выставить? — спросил я.

— Тысяч семь-восемь, не больше, — ответил старший разведчик. — Но это будут местные воины, знающие каждый камень.

— А что с укреплениями Владимира?

— Город хорошо укреплён. Высокие стены, глубокие рвы, много башен. С наскока не возьмёшь.

— Посмотрим, — загадочно сказал я.

К Владимиру мы подошли в середине июня. Древний город встретил нас закрытыми воротами и ощетинившимися стенами. На башнях развевались владимирские знамёна, в бойницах поблёскивали наконечники стрел.

— Красивый город, — сказал Конрад фон Вольфенбург, изучая укрепления. — Жаль, если придётся его штурмовать.