— Да? — рассеянно поинтересовалась та, разворачивая очередную конфету.

— Пойдем-те в мой кабинет, там гораздо удобнее говорить о делах, — предложила Лентовская, поднимаясь из-за стола.

Встав на ноги, Мария Ивановна, словно бы невзначай отодвинула вазочку с оставшимися конфетами подальше, а сама подхватила подружку под локоть. Понимаю — конфеты сдвинула не из жадности, а чтобы отвлечь приятельницу от ее важного дела.

Меня же заинтересовало упоминание Лентовской о собственном кабинете. Что там будет? Ни разу не бывал в женских кабинетах. Будуар или туалетная комната с письменным столиком?

Нет, кабинет Марии Ивановны мало чем отличался от мужских. Разве что, письменный стол поменьше и повернут не к дверям, как, например, у моего батюшки, а к окну. Все правильно. У мужчин, являющихся «значимыми» людьми, домашний кабинет копирует служебный. И посетители иной раз бывают, и просители, нужно сидеть к ним лицом, показывая свою начальственность, а здесь все служит для удобства хозяйки. Так, чтобы и света побольше, и вид из окна, если устанешь писать. У нее, кстати, вид на реку Шексну.

Даст бог — будет у меня собственный кабинет, обустрою его для себя, а не для посетителей.

На письменном столе идеальный порядок и минимализм. Наличествует чернильный прибор, бювар, массивные счеты и парочка фотографий. На одной — семья городского головы Милютина, а на другой — сама Мария Ивановна с мужем. Нет ни черновиков, ни клочков бумаги. Нет ни статуэток, ни безделушек.

Из мебели — массивный шкаф, заполненный книгами, да этажерка с газетами и журналами. Никаких кресел с диванами, а лишь три стула.

Что любопытно — этажерка не деревянная, как у меня, а чугунная. При этом, полочки и ножки отличались таким изяществом, что я невольно сказал:

— Напоминает каслинское литье.

— Оно и есть, — подтвердила Мария Ивановна, с удивлением посмотрев на меня.

— Даже не знал, что они еще и мебель из чугуна льют, — покачал я головой. — Думал —только скульптуры.

Доводилось мне видеть длиннорогих козлов, а еще коней, скопированных с моделей Клодта, всадников и скульптуры наших вождей. Про скульптуры лучше умолчать — не знают здесь имен Сталина с Лениным.

— Нет, в Касли еще садовые скамейки льют, столики, — пояснила Мария Ивановна. — Батюшка как-то из Нижнего Новгорода привез в подарок пару этажерок и сундучок. Кстати, Иван Александрович, — заметила госпожа Лентовская, — вы первый, кто правильно определил место производства. Обычно спрашивают — из Гляйвица?

Я только покивал, изображая осведомленность. Однако, умные люди заходят в гости к Лентовским. Я-то, кроме Касли иных мест и не знаю, а тут Гляйвиц какой-то. Судя по названию — где-то в Германии и там тоже изготавливают чугунные изделия.