Вскоре пришел и сам Коленька, здоровенный детина под два метра ростом и стал кормить с ложечки десертом свою возлюбленную. От его ужимок Катерину затошнило. Возможно, Веронике такое отношение нравилось, но здоровым оно не выглядело.
Позже, раздумывая об отношениях подруги с ее любовником, Катерина с ужасом поняла, что примеряет на себя такую же модель отношений с Елисеем. Ей бы тоже хотелось, чтобы он смотрел на нее с обожанием. Но он гордый. Его, конечно, можно подчинить и заставить, но заставить полюбить нельзя. И станет ли она счастливой, если мужчина будет с ней по приказу телом, но не душой. Катерине же хотелось, чтобы эльф был с ней по велению сердца, чтобы сердце его растаяло, и он был с ней по-настоящему. По крайней мере ближайшие несколько лет, пока она еще молода.
Следующие выходные Катерина провела с дочерью — не часто та оставалась дома и времени на совместный досуг у них почти не оставалось. Пока Катерина жарила блины, Мари сидела рядом на кухне и показывала особенно смешные видеоролики из соцсетей. Ничего необычного: забавные животные, какие-то современные танцы. Но один аккаунт, на который дочь была подписана, особенно заинтересовал Катерину — это был жгучий брюнет, кажется, из Испании, который внешне был очень похож на эльфа: длинные волосы, высокий, статный, но самое главное — уши.
У Катерины даже сердцебиение ускорилось. Но дочь пояснила, что это популярный актер и шоумен и он очень любит шокировать публику. А на пластику ушей он потратил кучу денег — сам недавно рекламировал клинику, где сделали такую операцию.
Катерина подумала, что можно попробовать не искать родственников Елисея, а сделать так, чтобы они сами его нашли. Возможно, кто-то из них вот так же живет среди людей и пользуется современными средствами связи.
В деревню к эльфу получилось попасть только через две недели.
27. В предвкушении
* Елисей*
Катерины не было две недели. Сначала у меня был бешеный прилив сил, и я работал без устали: наколол дрова, починил полы в бане и отскоблил все поверхности. Теперь там стало так чисто, что можно было есть на полу.
К концу второй недели дни стали словно резиновыми, часы тянулись медленно, как густой кисель. Ожидание убивало меня.
Я не мог дождаться, когда же она снова приедет, и я смогу вдохнуть аромат ее волос. Я воображал наши диалоги. Почему-то мне стало важно говорить с ней, ощущать, что она рядом. Я просто привязался к новой госпоже и хочу заслужить ее одобрение или это потребность другого рода? Я не мог ответить себе на этот вопрос.
Наконец наступило морозное утро, когда она должна была приехать. Опавшая листва подернулась инеем, вода в лужицах замёрзла и хрустела под ногами, когда я вышел ей навстречу.