Мои ребята деловито доставали оборудование, и сразу же принялись за извлечение столь ценной крови. А Сава бегал вокруг туши, хватаясь за сердце и приговаривая.

— Почти целая шкура. Она практически целая! О, все боги скопом, моё сердце. Оно же может не выдержать таких потрясений, и все мои жёны останутся вдовами. Ваше сиятельство, как вы можете доставлять такую радость этим мерзавкам?

Игнат уехал с Перепёлкиным, а я терпеливо ждал момента, когда можно будет извлечь макр. Наконец, один из егерей кивнул, позволяя подойти к туше.

— Вот здесь сделайте небольшой разрез, ваше сиятельство, чтобы шкуре не повредить. Хотя, нет, давайте я сам его сделаю. — У меня появилось смутное ощущение, что эти меркантильные типы больше переживали за сохранность шкуры дракона, чем за своего господина.

Разрез был очень маленький и деликатный. Но зато достигал обескровленного сердца. Я с большим трудом вытащил через эти микроскопические разрезики огромный макр. Он был темный, почти чёрный с множеством золотистых вкраплений. Как только я извлёк кристалл из туши, меня накрыло такой мощной волной энергии, что даже воздух вокруг задрожал.

Пошатнувшись, я не сумел удержаться на ногах и сел, прижимая к груди кристалл. Перед глазами плыли разноцветные круги. Но это ощущение вовсе не было похоже на опьянение, которое испытывают маги в таких случаях. Сосредоточившись, я обратил внутреннее зрение на себя. Всегда было интересно, что же происходит с каналами в таком случае.

Каналы и сам источник предстали передо мной во всей красе. Черная с золотыми искрами энергия заполняла их, расширяя. Кое-где начали образовываться новые, а сам источник принялся увеличиваться в размере. От неожиданности я отключил внутреннее зрение, чувствуя, что мне нехорошо.

Хотелось отпустить макр, а то и отбросить его в сторону. Но складывалось впечатление, что он прирос к рукам, не давая избавиться от себя.

«Убить дракона! — заорала в голове одна из муз. — Ты убил дракона! Но убить дракона без последствий для себя невозможно. Молись, чтобы эти изменения пошли тебе на пользу, кретин!»

Наконец, этот безумный поток энергии пошел на убыль. Руки разжались и макр выпал из них, освобождая меня от этого безумия. Меня вырвало. Хорошо ещё, я сидел на земле, и нужно было только наклониться в сторону, чтобы не изгваздаться.

Постепенно возвращались чувства. Сначала зрение, потом слух, потом всё остальное. Машка бегала вокруг меня, заламывая руки. Егеря посматривали сочувственно, но не прерывая своей работы, я так и знал, что дракон им дороже, чем я.