И они пошли к светящемуся всеми окнами дому. Я посмотрел им вслед и сплюнул. Ну, Медведев. Не зря он свой хлеб с икрой и геморроем есть, ох, не зря. И развернувшись, я пошёл домой. Посмотрим, как они сумеют её заткнуть. Уже завтра весь форт знать об том будет.
Глава 17
В последнее время слово «свадьба» прочно ассоциируется у меня с чем-то не слишком приятным. Может быть мне просто не хватает положительного опыта? Что моя собственная свадьба была образцом нервозности и примером «как не надо выбирать себе ближайших помощников». Так и эта свадьба только укрепила меня в мыслях, что все свадьбы — это зло. И не надо вестись на провокации и наступать на очередные грабли, соглашаясь в свою очередь стать шафером жениха.
Началось всё буднично. И примерно дней за пять до непосредственно свадьбы. Просто однажды утром Чижиков притащился ко мне в Академию, чтобы рассказать о грандиозной идее, которая им с невестой пришла на ум. Точнее, он притащился к Архарову, ну и меня выцепил, заодно.
Академия изящных искусств — это не гарнизон, и при большом желании сюда может прийти каждый. Один-единственный охранник в холле, конечно поинтересуется, куда посетитель направляется, но на этом всё. И это при том, что охранник вообще будет на месте, а не уйдёт на осмотр территории. Правда, часто осмотр заканчивался классом-студией, где художники и молодые скульпторы пытались изобразить обнажённую натуру, близко похожую на хорошенькую девушку-модель, стоящую на возвышении в чём мать родила. Так что охранник частенько приобщался к прекрасному, стоя в дверях и глядя на модель. До тех пор, пока его не замечал преподаватель и не просил закрыть дверь со стороны коридора.
Так что нет ничего удивительного в том, что Чижиков, поплутав по зданию, нашёл меня в классе Архарова, расположенном в подвале.
Он постучался и зашёл, когда мы с огневиком стояли возле огненного круга, и задумчиво рассматривали, как он продолжает спокойно гореть после того, как на него набросили универсальную защиту.
— В этом что-то есть, ты не находишь? — Архаров потёр подбородок. — После того, как ты усилил цвет, чем ты, кстати, его усиливаешь?
— Точно не скажу, по-моему, это один из компонентов сложносоставного яда, которым пропитан мой меч, — я посмотрел на Архарова. — И что это значит?
— Ты можешь игнорировать защиту соперника, в случае смертельной схватки, что же ещё. — Он сосредоточился, даже глаза прикрыл, вытянул вперёд руку, и к кругу понеслось заклинание разрушение самой сути огня. Десять секунд и круг погас.
— Кхм, — раздалось покашливание Чижикова, который всё это время мялся у двери. — На меня кто-нибудь внимание обратит?