— А с обрезанными ружьями как быть? Его сиятельство не даст много портить. Может, поговорите с ним, ваше сиятельство? — Меня уже от сиятельства тошнить начинает. Но, с другой стороны, прекрасно понимаю, что по-другому никак нельзя. Субординация и всё такое.
— Мне один оставьте, остальные можете забрать. Вам немного надо будет, чтобы полностью разъезд вооружить. Больше пока обещать не могу, — я развёл руками.
— Да нам больше пока не надо, — Петрович улыбнулся. Похоже, что и на такую щедрость он не рассчитывал.
С другой стороны, а как иначе? Парни жизнями рискуют. Разъезд в любой момент может на прорыв нарваться, или на уродов, типа Свинцовых, которые браконьерством решили побаловаться на чужой территории. У них должны быть шансы выжить, иначе, грош цена мне, как будущему графу. Несмотря на то что я художник, а не военный.
— Я пойду, ваше сиятельство, баньку затоплю? — Прервал мои размышления Петрович.
— Иди. Только ответь на последний вопрос. Вы выяснили, кто туши тварей от нашего охотничьего домика утащил?
— Выяснили, — кивнул егерь. — Колька это, сукин сын. Глубокую вылазку в наши угодья сделали, твари! Я у него в кармане флакон с желчью монстра нашёл. Не пойму, чья именно, но не зверья нашего, это точно. Он же получается, ещё и господ своих обворовывал. — Петрович покачал головой. — Понятно, осуждает. А вот я их осуждать не собираюсь, за то, что трупы обшмонали и трофеями разжились. В своём праве ребята. — Мы всё, что у этой падали выгребли, под опись сдали. Может, вашим сиятельствам пригодится.
Он пошёл к выходу, а я долго стоял, глядя в одну точку. Плохо ты, Женя, про людей привык думать. Вот тебе по носу сейчас и настучали.
Резко сорвавшись с места, я пошёл в свою спальню. Там в углу я видел чистые, натянутые на рамы холсты. Схватив один из них, поставил на мольберт и, взяв в руку карандаш, принялся делать наброски. Постепенно на холсте начало проступать суровое лицо бородатого дядьки. Наверное, я впервые рисовал не девушку и немного нервничал. Ничего, до бани как раз успею набросок сделать, а там, дай рысь, и закончу когда-нибудь.
Глава 18
Наверное, я и правда начал простывать. Зайдя в парную и вдохнув горячего воздуха, закашлялся. Когда приступ прошёл, почти без сил повалился на полок и закрыл глаза.
— Да, и вправду промёрзли вы, ваше сиятельство, — сочувственно произнёс Петрович. — Давайте, я вас пропарю как следует.
— Давай, только боюсь, мне сейчас не слишком можно в бане долго сидеть. — Я поднёс руку к затылку. То место, куда дотронулся, отозвалось пульсирующей болью. Да, похоже, с баней я погорячился. — Определённо, долго не надо. А жаль. — Я лёг на живот, подставляя спину под хорошо распаренный веник. Как же я люблю это дело. Чуть не замурлыкал от удовольствия.