Я наклонил голову набок. Что же, признаться, мне очень понравилась такая позиция: Маша не обвиняла меня, она прямо говорила, что была не против, и что в действии у пихты мы оба принимали участие.

— Но это всё же не оправдывает вашего нахождения сейчас здесь, — я сделал ещё один шаг и отпустил полы рубашки, позволяя им разойтись. — Потому что, если я сейчас бесчестно воспользуюсь ситуацией, в последствиях обвинят именно вас.

— За мной дают слишком большое приданное, чтобы кто-то вроде Лёни Ондатрова обратил внимание на сплетни, — спокойно ответила Маша. Меня же передёрнуло, когда я услышал про Ондатрова. — Я не хотела ехать сюда, но дядя сказал, что пришло время выполнять давние договорённости. Ещё перед тем, как мой отец погиб, он успел заключить договор о браке с бароном Ондатровым. Насколько я помню, дядя получил письмо с напоминанием, — она отвернулась от меня и подошла к окну.

— Ну, теперь хотя бы понятно, почему вы ездите с визитами с дядей, вместо того, чтобы оставаться под защитой поместья, — от новости о том, что она является чуть ли не невестой Ондатрова, в голове неприятно зашумело. Почему-то я не думал, что она может быть кому-то обещана. И уж тем более этому потенциальному покойнику.

— Это неважно, почему я не стремлюсь остаться без опекуна в поместье Свинцовых, — она покачала головой. — Я пришла сюда, чтобы попрощаться. Целитель Лебедев — просто волшебник, а ваш дед приехал с целым дополнительным отрядом егерей. Так что дядя Юра вполне может ехать верхом и не свалится где-нибудь посредине дороги, а десяток егерей будут нас сопровождать.

— Ну что же, давайте прощаться, — я уже немного успокоился, и мне было интересно посмотреть, как именно она собирается прощаться.

Маша вздохнула, повернулась ко мне и, наконец-то, посмотрела в глаза.

— Я хочу поблагодарить вас, граф, за моё спасение. Вы спасли меня дважды, если не трижды, и вот я набралась мужества, чтобы сказать вам спасибо, — выпалила она.

— Не за что, — я пожал плечами.

— Прощайте… Женя, — она назвала меня по имени через небольшую паузу, а потом чмокнула в небритую щеку и выскочила из комнаты.

— Прощайте, Маша, — я протянул руку и дотронулся до того места, где меня только что коснулись девичьи губы. — Вот чёрт, — я снова рассмеялся и взлохматил волосы. — А девчонка, похоже, уже отошла от потрясения. Но… баронесса Ондатрова? Это надо будет как следует обдумать.

Стук в дверь на этот раз вырвал меня из глубокой задумчивости. На этот раз попрощаться и поблагодарить меня пришёл барон Соколов. К счастью, я успел на этот раз одеться. И сидел в кресле, наблюдая, как на ладони то загорается, то исчезает огонёк. При этом прекрасно чувствовал, как горячая волна поднимается из солнечного сплетения, а потом туда возвращается, когда огонёк втягивался обратно в ладонь.