— Что? — удивленно спросила Ангела и тут же отступила на шаг. В очередной раз порадовав меня и сильно удивив Мальвину, которая прыгнула вперед, взмахнув коротким металлическим бруском, покрытым резиной. Убить таким, конечно, нельзя, но вот покалечить, выбить глаз или даже сломать какую-нибудь кость — запросто.

— Шлюха черная, — прошипела Мальвина, которой тут же прилетела ответка, в виде удара по той же руке, что и в прошлый раз. Ангелина учебной сабли из рук не выпускала, а потому надеяться Мальвина могла только на фактор неожиданности, который я обломал. — Что, легла под щенка и сразу дерзкой стала? Ничего, я тебе…

— Ничего ты ей не сделаешь, — сказал я, подойдя ближе. — Иначе тебе придется исполнять все те обещания, которые ты давала Боброву и другим парням.

— Что, изнасиловать меня грозишься? Сядешь на пятнадцать лет! — вмиг сменив образ, усмехнулась Мальыина, и я искренне удивился, как легко одна маска появилась там, где еще секунду назад была другая.

— Ты шлюха, которая сама начала торговать своим телом, — пожал я плечами. — Мне в принципе все равно, хоть с половиной училища перетрахайся. Твое тело — твое дело, и все такое. Но если ты еще раз хоть подумаешь вытворить что-нибудь этакое против меня или моих товарищей — о репутации можешь забыть.

— А она у нее еще осталась? После того что мы все видели? — достаточно громко спросила Ангелина, и остальные покачали головами. Некоторые — укоризненно, другие сочувствующе. Но в основном и парни, и девушки ухмылялись, явно давая понять свое отношение к Мальвине и всему происходящему.

— Вам никто не поверит. А после того как ты избил преподавателя с гауптвахты, тебе не выйти! — снова вздернув носик, проговорила Мальвина, нацепив маску брезгливой благородной девы.

— Ты бы сопли вытерла, а то в рот, поди, заливаются, — заметила Ангелина под общий хохот. Я же лишь покачал головой. Унижать Мальвину у меня не было никакого желания, как и применять к ней насилие, но, похоже, она была из потомственных карьеристов, девизом которых всегда являлось — «старшему лизни, соседа пихни, на младшего насри». А такие люди понимают только один язык.

— Слушай сюда, — со вздохом произнес я, схватив девушку за горло, прижав к стене и пальцами перекрыв сразу несколько меридианов. — Твои интриги тут никого не волнуют, еще раз услышу, что ты вредишь мне, моим близким или моим подчиненным, дорого за это заплатишь. Поняла?

— Да, — совершенно ошарашенно, со странно выпученными глазами пробормотала Мальвина, даже не думавшая сопротивляться. Ее поведение меня несколько смутило, черт его знает, что у девочки было в тот момент в голове, но эффект явно нужно было закреплять.