— Так, все. Хватит, я все понял и зря поднял этот вопрос сейчас, — мрачно проговорил я. — Если кто хочет поменяться очередью с Мальвиной — делайте, если нет, надо понять, с кем она в паре.

— Если мы вообще не собираемся тут скоро заниматься, то, может, и прибирать не нужно? — спросила Ангелина, повернув мои мысли в совсем другом направлении. — Расставьте оружие по местам, забирайте реву, и на этом разойдемся.

— О да, разойдетесь так разойдетесь, — хохотнула другая девушка. — Нет, это вы идите, а то нам завидно будет. Мы приберем.

— Дело ваше, — пожал я плечами, легко соглашаясь, и тут же направился в душевые спортзала. А всего через десять минут мы с посвежевшей Ангелиной встретились в коридоре.

— Может, моя старая комната свободна? — покусывая губу, предположила Ангелина. — Там нас никто не хватится.

— Думаю, сейчас не лучшее время. К тому же ты неправа, комнаты сто процентов заселили, им же пришлось почти полтысячи человек переместить из бараков, — заметил я, отметая такой вариант. — Палатки тоже не годятся, даже если мы и найдем свободный угол. Так что придется отложить…

— А если я не хочу откладывать? — спросила Ангелина и, быстро удостоверившись, что в коридоре никого нет, шагнула ко мне и, обняв за шею, поцеловала долгим страстным поцелуем. — Нам же не обязательно искать… удобное место.

— В принципе, необязательно, — со вздохом сдался я, оглянувшись по сторонам. На каждом этаже были туалеты, классы и подсобки с хозяйственными принадлежностями. В последнюю мы и вломились, заблокировав дверь шваброй.

— Только, пожалуйста… аккуратней, — поворачиваясь ко мне спиной и нагибаясь, попросила девушка.

Административный корпус, кабинет директора.

— Что это? — устало спросил Константин Меньшиков, когда на стол перед ним легла наполовину исписанная бумага. Его старый сотрудник, один из тех, кто удивительным образом работал даже не за жалование, а скорее за идею и собственное удовлетворение, Ежиков стоял напротив, сжав губы.

— Прошу уволить меня по собственному… Что за детский лепет? Посреди учебного года? Совсем рехнулся? — вскочил Меньшиков, опершись руками о стол.

— Никак нет, ваше сиятельство. Не могу более выполнять свои прямые обязанности, а потому вынужден сменить место работы, — гордо проговорил Дали.

— Сменить место? И кому ты нужен, мастер фехтования умершего сто лет назад? — усмехнувшись, спросил Константин. Тут он, конечно, лукавил, на самом деле очень был нужен, в первую очередь ему.

После провала с Береговым и ареста завхоза на князя легло множество совершенно нехарактерных обязанностей. А самое обидное — как директор, он стал внезапно ответственным за их исполнение. И все было ничего, но на фоне опалы Меньшиковых и начинающих один за другим разгораться в высшем обществе скандалов ему никак не удавалось найти замену. Хоть собственных людей из рода ставь.