Были особенно упорные, или не особенно умные, но Ангелине до сих пор хватало мозгов сделать так, чтобы они не объединились дружить против нее. Даже когда она, сама того не заметив, встала сначала во главе звена или руки, а потом и взвода, состоящего из двух звеньев. Это вышло как-то само, хотя, возможно, я просто не обращал внимания на внутреннюю грызню между девушками. Некогда было.

Собственные дополнительные индивидуальные занятия я получал каждый день. В основном — практику. Рукопашный бой, ножевой бой, фехтование на рапирах, стрельба из гранатомета, стрельба из пистолета с режимом по три патрона и очередями. Все это настолько плотно вписалось в и без того насыщенный учебный график, что у меня не хватало времени даже листать новости на разрешенном планшете. И вот наконец марафон длиной в два месяца подходил к концу.

— Я все же считаю, что с новенькими что-то делать придется, — проговорил Леха, когда мы дошли до летнего стадиона, за последние два месяца получившего хоть и номинальную, но крышу. Теперь хоть на трибуны не лило. — Самых дерзких те же бояре сами приструнят, но они сильно ломают ряды.

— Послушаем, что скажет генерал, там решим, — пожав плечами, ответил я. — В прошлый раз после его объявления все планы прахом пошли. Как и после прихода военных в училище.

— Будто ты сам в этом ни разу не виноват и совершенно ни при чем, — хохотнул Таран, вышедший чуть вперед и раздвигающий толпу, словно ледокол. — Да и вообще, кто деление на роты предложил? Вот и хлебай теперь.

— Плохо, что ли? Хорошо! — усмехнувшись, ответил я. Применение силы было совершенно не обязательным, чтобы добраться до наших мест, но статус обязывал. Да и приятно потолкаться — все обогрев, благо на дворе не май месяц, температура уже давно держится ниже нуля. И единственное, что бесило с каждым днем все больше, — жизнь в полковых солдатских палатках. Печка не спасала совершенно, а у третьекурсников энергии на все не хватало.

— О, смотри, нам место придержали, — усмехнулся Леха, показав на первый ряд с пятью свободными стульями. Проблема была в том, что по соседству сидели только боярские детки, но когда нас это останавливало?

— Заходим, садимся, Таран и Жеглов по бокам. Петр, выдержишь? — шепотом спросил я, и наш второй качок уверенно кивнул. — Отлично, в драку не вступать, провоцировать можно.

— Вот за что я тебя люблю, старшой, так это за рассудительность и полный отрыв башки, — тихо рассмеялся бурят, размяв плечи. — Если ввязываться в драку, то за руку принцессы, не меньше. Да?

— Нафиг она мне? Готовы? — спросил я и, дождавшись кивков, двинулся вперед, прикрывая Жеглова. Храбрость с дуростью путать не надо, а место под солнцем само почему-то никогда не освобождается.