Однако, вопреки ожиданиям, никто убивать Захара не стал. Ему крепко стянули руки и усадили на один из снегоходов. Усадили грамотно, впереди себя. Чтобы, значит, не потерять пленника по дороге. При этом все происходило в полной тишине. Ну и Захар не стал с вопросами лезть. Захотят — скажут. Не захотят — сам увидит. Какая разница?

Ехали недолго. Едва выехав из длинной ложбины между холмами, снегоходы забрали влево, и у Захара отвалилась челюсть.

Примерно в километре от них, на опушке леса, вздымались серые каменные стены. Башенки, зубцы, огромные ворота, сложенные из цельных бревен, загнанных в стальную раму — если бы у него не были связаны руки, он бы обязательно протер глаза. На видимом участке стены прохаживался часовой. По мере приближения к стене, Захар смог рассмотреть добротную одежду серого цвета, бинокль, висящий на груди и «калашников» с внушительной блямбой оптического прицела.

Часовой повернулся к ним спиной и подал какой-то знак. Тут же одна створка ворот начала медленно открываться.

За воротами стояли еще двое с «калашниковыми». Тоже в серой форме, сливающейся с каменными стенами, как и часовой наверху. Процессия притормозила, и один из встречающих подошел к снегоходу, на котором сидел Захар.

— Возле гидрухи взяли. Пялился. Вон его транспорт.

По шевельнувшемуся телу сзади Захар понял, что говоривший показал на его снегоход.

— Сопротивлялся? — хмуро поинтересовался человек с автоматом.

— Нет. Спокойный. И даже вопросов не задавал.

— Ясно. Все равно заприте его. Пусть посидит, пока старшой освободится. Он занят сейчас. Снегоход его в ангар загоните. У, здоровый какой! — Это уже про Захара.

Снегоход снова двинулся с места, медленно въезжая во двор.

Внутренний двор внушал уважение своими размерами. Вдоль стен стояли несколько добротных бараков, в одном из них сверкала сварка. Еще постройки стояли посредине, вытянувшись в несколько рядов. Захар прикинул, что место здесь экономят, а значит, людей тут проживает немало.

«Монастырь! Елки, это же монастырь! — проскочила в голове мысль. — Ну да. Что бы еще строили с таким воистину средневековым размахом? Только то, что в средневековье и строилось. — Интересно, сколько же тут народа?»

Народа во дворе было прилично, и все при деле. Кто-то колол дрова, кто-то возился с большими санями. Мужички, такого же вида, что и «принявшие» Захара, таскали что-то в мешках из одного барака в другой. На противоположной стене маячила фигура часового.

Снегоход снова остановился.

— Технику — в ангар. Да позовите кого-то, пусть этого заберут, обыщут хорошенько да запрут пока. Старшой освободится — будет разбираться — кто, откуда, да чего надо тут ему.