— А теперь нахер отсюда! Быстро!

Андрей закивал, подтверждая распоряжение Захара.

Мужики, недовольно бурча, задом стали пятиться по коридору.

— Быстрее! — гаркнул Захар, и те, повернувшись, побежали. — Вот и хорошо. — буркнул Захар.

— Не делай этого. Ты не выйдешь отсюда! У меня много людей. — К Андрею начала возвращаться смелость.

— Людей у тебя много, а жизнь одна. — рассудительно проговорил Захар, снимая со шторы плетеный шнур и связывая им запястья пленника. — И, если жить хочешь, — никто ничего не сделает. Ты же хочешь жить, а, Андрюша?

Тот молчал.

— Молчание — знак согласия. Ладно, хорош базарить. Пошел вперед! — Захар подкрепил свой приказ пинком под зад.

Хозяин монастыря что-то промычал и двинулся вперед.

— Где мой снегоход?

— Внизу, в гараже.

— Веди.

Захар быстро нагнулся не без усилия извлек окровавленный топор из головы незадачливого стрелка, обтер лезвие об одежду мертвеца и снова сунул за пояс. Переложил обрез в левую руку, а в правую взял автомат, перекинув ремень через плечо. Он не знал, сможет ли стрелять с одной руки, но твердо решил попробовать при необходимости.

— Как ты прошел? — вдруг спросил Андрей, обернувшись через плечо.

— Прошел куда? — Захару почудился какой-то шум за спиной, и он бросил быстрый взгляд назад. Вроде бы спокойно.

— Как ты смог добраться до бумаг?

— А что до них добираться? — деланно удивился Захар. — Спустился, нашел кабинет главного, взял документы и вернулся.

— Ты врешь! — Андрей даже пустил петуха от волнения.

— А ты откуда знаешь? — Захар пихнул Андрея стволом автомата. Тот молчал, прикусив язык, но было поздно. — Был там, да, урод? Был, не смог пройти и вернулся? Потом людей своих послал туда, да? Да ты, я смотрю, прям вообще людям как отец родной, да, Андрюша?

— Ты… ты видел их? — голос пленника дрожал.

— Видел, — невозмутимо подтвердил Захар.

Они добрались до лестницы. Лесник выглянул вниз, убедился в том, что там никого нет, и пихнул ногой Андрея.

— Видел, да. Они порубили друг друга. У кого-то из них оказалась под рукой саперная лопатка. Крайне неаппетитное зрелище, скажу я тебе.

— Но… Но ты же тоже видел, да?

Захару показалось, что сейчас заложника больше волнует не его текущее положение, а то, что скажет Захар.

— Что именно? Висящих под потолком солдат? Или что?

— И их тоже… — прошептал Андрей. Сглотнул и продолжил: — Я там был давно. Пять или шесть лет назад. Случайно наткнулся на дезертира оттуда. Парень был единственным, кто выжил. Рассказывал мне страшные вещи. Про чертей, демонов, про сошедшего с ума фельдшера. Про застрелившегося офицера, повесившихся коллег и тварь с тысячей глаз, которая охотилась за ним.