Технически, Константин Азов-Лариненов был прав на все сто, исходя, конечно, из своего невеликого опыта. Мы с ним если и не были неприкасаемыми, то крутились где-то около этой утешительной позиции. Но! Мы же в России, господа. Здесь, как и в других цивилизованных странах, молодежь умеет нивелировать подобные преимущества древним как мир ритуалом, прозываемом в народе «темная».

Проще говоря, на нас напали прямо в коридоре общаги неизвестные личности в количестве десятка человек, с мешками из-под сахара на головах, в которых были проверчены дырки для глаз. И, разумеется, попытались избить. Что сказать, у них получилось.

Нет, победили мы. Сначала, правда, меня просто снесли втроем, уронив на пол, а Константин попробовал смыться в свою комнату, но получив смачнейший пинок в тощий зад, блондин превратился в разъяренную декоративную крысу, чьи страстные вопли подействовали на нападающих обескураженно. Заминки в несколько секунд мне хватило, чтобы пару раз врезать локтем (в лучших традициях муай-тай) по голове (ушам) лежащих со мной на полу и не особо представляющих, что им теперь делать, людей. А локоть в ухо, с размаху, да еще и чуть-чуть умело — это очень больно.

Ор пострадавших в ухо, злобные вопли кидающегося в драку Азова, встающий я — всё это подействовало далеко не лучшим образом на оставшихся на ногах семерых, от чего и получилось контрнаступить. Это я еще молчу, что оставшиеся на ногах внезапно поняли, что мешок из-под сахара — это не только красиво, но и очень легко съезжает набок от более-менее резкого движения… в общем, можно сказать, они сами себя победили. Ну, помогли избить.

Впрочем, нам тоже досталось.

— Сейчас я узнаю, кто это! Сдеру маски! — злобно прошипел блондин, покачивающийся от того удара в глаз, что сшиб его с ног, заставив набить шишку на затылке. Он неуверенно зашагал к ближайшему стонущему телу.

— Не надо, Костя… — прохрипел я, останавливая злую блондинку.

— Почему?!! — возмутился графий сын.

— Потому что… тогда у нас не получится сделать так! — с этим возгласом я очень хорошо и смачно зарядил носком ботинка в пузо ближайшему страдальцу, — Это сейчас — тати! Преступники! Казлы!

— И не более! — подхватив идею, блондин, не особо задумываясь, пнул ближайшее к нам тело прямо в мешок из-под сахара, — Неизвестные! Бандиты!

Разумеется, каждый возглас сопровождался ударом. Не ну а чо? Есть же традиция среди студентов решать свои вопросы между собой? Вот мы и решаем? Решаем. А потом честно сможем сказать, что сопротивлялись неизвестным лицам. А кто они, что они… сие неведомо.