Так появились мы, ревнители.

Реакцию присутствующих голубокровных на подобные откровения из уст волшебника угадать было несложно. Как выражались в далекой-далекой галактике моего мира — «пердаки загорелись как дюзы космического корабля».

— Прекратить, — сухо пресек возмущенные крики волшебник, кладя руку на свисающий с его пояса гримуар, чем, просто как по волшебству (ну да, магией), лишая дара речи весь класс, — Вы сейчас здесь за тем, чтобы научиться основному базовому умению всех ревнителей. Свои эмоции приберегите на свободное время, которое я, тем не менее, настойчиво рекомендую потратить на осознание своего места и функции в жизни. Теперь подходим ко мне по одному те, кого я назову.

Какой бесчувственный волшебник. Хотя я понимаю, что здесь и сейчас не так — обычно есть определенная преемственность между курсами студентов. То есть, определенный пласт знаний, под который не выделяют обучающих часов, но которым делятся старшие товарищи. А вот тут беда — нету их, поэтому преподавателям и остается намекать, что у детишек статус-то поменялся. Пока довольно мягко, лишь магической затычкой и намеком, но, чувствую, дальше будет интереснее.

Пока маг тестировал наши способности, кладя руку на голову каждому, кто к нему подходил, он как раз рассказал и о гендерной разнице в среде ревнителей, заодно дав мне ответ на вопрос «что не так с этим миром».

Он оказался довольно простым. Здесь любили, уважали и берегли женщин… сильнее, чем в моем прошлом и даже в том викторианском стимпанке, в котором жил лорд Эмберхарт. Причина была крайне проста: мы имеем порталы, из порталов лезут твари, они жрут людей. А последние важны и нужны. Женщины делают новых людей. Всем нужны новые люди. Государствам, аристократам, Истинным, даже магам. Здоровая, бодрая, уверенная в себе женщина хорошо и часто рожает, особенно если о ней заботиться и беречь. Ну и трахать, конечно же, но это вообще мелочи.

В этом мире, как оказалось, было удивительно мало войн. Мои мозги вскипали, пытаясь понять, как эта альтернативная реальность вообще может коррелировать с реальностями Эмберхарта и моей родной Землей. Три совершенно разных истории, тут не бабочек, тут слонопотамов жопами давили, но тем не менее? Страны называются одинаково, языки похожи, реальности — разные! Дурдом!

— Дайхард!

От ладони мага забавно щекотало кожу на голове. Помолчав чуть дольше обычного, Аркител высказался, что моя книга «очень интересная» и если когда-нибудь я сумею получить над ней полную власть, то могу обратиться в русский филиал Коллегии магов, где мне, вполне может быть, сделают очень щедрое предложение. Когда в ушах перестал звучать злобный вопль Фелиции, до глубины души оскорбленной такой офертой, я обнаружил себя уже сидящим за партой. Вставить бы этой похабной брюнетке затычку…