Красные бумажные фонари китайского квартала — это прямо визитная карточка этих узкоглазых товарищей во всех мирах. А, не во всех, вон Фелиция передает реплики лорда, ностальгирующего по своему миру. Там китайцы и индусы проживали только на своих исторических территориях. Почти не могли из них выбираться, массово, в смысле. Нечто, связанное с особенностями их общей религии. Да уж, своеобразный у них там мир был. Магия под запретом, китайцы-богомольцы, куча концов света, после которых человечество каждый раз приходило в себя сотнями лет, астероидами наш с лордом предшественник по планете бухал… Нет уж, лучше тут. Тут почти всё нормально!
Выбравшись из машины после её остановки, я сразу понял, что отношения между Синдикатом и Китай-городом нуждаются в срочном улучшении — нервно сгрудившихся возле безмятежно курящего Красовского бандитов, числом в два десятка, окружало семьдесят, а может быть и больше, вооруженных китайцев. Явно не слишком довольных происходящим. Вооружены они, конечно, были чем попало. Ножи, топорики, револьверы… Но как-то всё равно напряжно, ага?
Напряжение, впрочем, быстро потеряло накал, так как подошедший к багажнику привезшего нас мобиля гвардеец нырнул в него по пояс, а затем выволок наружу здоровенный кургузый пулемет самого зловещего вида. Прислонив это чудище к боку мобиля, Матвей начал деловито обматываться пулеметными лентами. Демонстрируемая им огневая мощь на фоне скромно увешанного пистолетами меня с дробовиком за спиной (и полным камзолом патронов!) слегка пошатнула веру китайцев в собственное превосходство.
— Мы что, всей толпой пойдем? — недовольно пробурчал я, глядя, как невесть откуда появившаяся пожилая китаянка, сухая и высокая, строит короткими скупыми жестами соотечественников.
— Тебе решать, Дайхард, — нагрузившийся «чумной волк» взял в левую руку пулемет и, проверив правой, как он дотягивается до своего огромного револьвера, встал около меня, — Кто тут профессионал?
Сближаться мы начали одновременно, все четверо, то есть я, гвардеец, Красовский и пожилая китаянка. Непонятно как так получилось, но вскоре, под ночным небом в грязных закоулках выселок за Китай-городом, при свете покосившегося фонаря, мы вчетвером встали на тут же освободившемся от китайцев пятачке места, принявшись мерить друг друга взглядами. В Красовском я ничего нового для себя не увидел, на Парадина насмотрелся, так что всё внимание уделил старушке. Надо сказать, она мне отвечала тем же.
Бронзовая Черепаха, легендарная честная гангстер-босс питерских китайцев, не могла похвастаться выдающейся внешностью, целиком и полностью напоминая злую китайскую бабку, довольно высокую, надо сказать, а еще очевидно недоедающую, потому что даже закутавшаяся в нечто среднее между шубой и кимоно (ну какой-то китайский наряд, да) женщина была стройной. Очень. Единственным, что привлекало внимание, был кусок татуировки, выглядывающий на шее из-за высокого ворота. Какая-то геометрическая фигура из сплошной черной краски…