— Нет, представьте себе, автор этого чуда морф. Была. Это единственный образец.
И Ольга отвернулась, доставая из духовки их завтрак и выкладывая его на большое круглое блюдо. Так она явно дала им понять: разговор, для нее неприятный, продолжать с ними она не намерена. Ди притихла.
Неловкую паузу оживлял лишь грохот налетевшего вдруг проливного дождя по ребрам крыши.
— Пойду проверю системные неисправности, это там, наверху. Приятного завтрака. Если еще что-то понадобится, просто позовите систему, его зовут ЛУ.
Лер поперхнулся.
— Он азиат?
— Это аббревиатура имени его создательницы. Хорошего утра.
Хозяйка быстро развернулась и удалилась.
Ди вопросительно взглянула на Клавдия. Тот пожал лишь плечами, вгрызаясь в изумительно пахнущий мясной пирог.
Что же, пришло время дела.
14. Морской змей
«Ты только та, что здесь сейчас, сегодня, сегодняшняя ты.» (Р. Брэдбери)
Тепло, уютно и тихо. Вот сухо не очень. Открывая глаза, Марго ощутила, как струйка холодной воды стекала по спине строго между лопаток. Прямо перед лицом тихо сопела белая чешуйчатая стена. Очень красивая, надо заметить: каждая чешуинка была не только ослепительно-белой и многогранной, они все отливали драгоценной россыпью. Кожа между чешуйками была тоже белой и очень горячей.
Не удержалась, погладила, вызвав глубокий и протяжный полувздох — полустон.
— Маленькая, как ты там?
Голоса слышно не было. Эти слова словно всплывали в сознании сами, как сны или видения. Никогда еще Маргарита мысленно ни с кем в диалог не вступала. Только с собой. И как ответить ему?
Вокруг нее была не палатка, как ей показалось в первые мгновения после пробуждения. Кожистые складки крыла, толстые, теплые, бархатистые укрывали косатку со всех сторон. Разбудившая ее так предательски влага просочилась где-то в районе… локтя крыла.
Вдруг крыло приоткрылось, впуская в свое теплое укрытие колоссальную морду дракона. Марго только ахнула. Та же искристая чешуя, какие-то выпуклые наросты на морде, плавные линии и изгибы. Конец морды похож был скорее на клюв. Глаза полуприкрыты тяжелыми веками. И пах он восхитительно: все тем же солнцем и летом. Провела осторожно рукой по чешуйчатой морде и выдохнула:
— Какой ты… здоровенный.
Он тихо фыркнул выдохнув порцию раскаленного воздуха.
— И все восторги? Я, кстати, не помню как обратно вернуть свое человеческое великолепие. Так что… боюсь, секс со мной будет запоминающимся.
Марго от смеха даже закашлялась. Он разговаривал с ней мысленно, это было так странно…
— Ты теперь постоянно так будешь? В моей голове?
— Я не знаю. Правда. Голосом говорить мне сейчас сложновато. С остальным разберемся потом. Кстати, там все утихло. Только мокро ужасно. И я съел бы оленя, серьезно.