— Кстати, о драконах. Не кажется ли уважаемым сьеррам, что целью нападений был именно Лад? Мы исходили вчера из того, что это ранение лишь случайность. Промахнулась бабонька в Сумерках, с кем не бывает. А если нет? — Клавдий был неожиданно серьезен.

— Нет. Я вообще не должен был тут появляться. Меня перекинули из командировки, внезапно, — Лад говорил об этом явно неохотно.

— Надо же. Когда мне сообщали состав группы для протокола встречи, ты там числился еще за месяц до вашего прибытия на Камчатку.

Кла пересел на подоконник, потирая переносицу, как всегда в моменты растерянности.

— И мы не были предупреждены, твое присутствие на падающем трапе лайнера стало приятной неожиданностью.

Венди задумчиво рассматривала Ладона, явно сканируя чувства его и эмоции. Он не был против, малышка умеет молчать и все поймет правильно.

— Похоже, что первые нападения были рассчитаны на другой состав группы. А вот последний аккорд, чуть не ставший для меня реквиемом, скорее всего был адресован именно мне. И, судя по сокрушимости удара, подготовил его какой-то мой личный знакомый, возможно — извечный противник.

— Или даже — соплеменник, не оставивший пока отчетливых следов и преследующий совершенно неясные цели.

— Хоть какая-никакая определенность, — вздохнул Гуло, потягиваясь.

— Никакой. В свете всего произошедшего, думаю, нет больше никакого смысла придерживаться статуса инкогнито. Осталось выбрать, как погромче заявить о себе. Восток, даже Дальний, уважает лишь силу.

Клавдий с утра был необычайно воодушевлен. Он терпеть не мог быть «инкогнито», гордыня — вообще слабое место всех древних титанов. Одно дело ты — некто командировочный и московский, другое — Великий титан, Инквизитор, начальник отдела и вообще молодец.

— Кстати, дорогие соратники, мне хотелось бы познакомиться с «куклой», ранившей Лада, поближе. У кого там она, говорите? Я как-то прослушал, — Лер задумчиво щурился, наблюдая внезапно вскипавшую Венди.

— Тебе она точно без надобности. Лучше купи резиновую. Она хоть без ножика.

Кла хихикал, разглядывая голограмму, разворачивал инопланшет, качал головой.

— Ветерок, мне конечно же льстит невозможно твоя ревность, так неумело скрываемая, но дело серьезное. Эта куколка не поддалась на мои уговоры. Сиятельные, вы понимаете, что это значит? Даже мухи, и те меня слушались. Я был бессилен, никакие команды на эту дурищу не действовали.

— И ты молчал? Это же… о тебе тоже знают? Как, Лер? — Венди просто подпрыгнула. Хуже было уже просто некуда. Но почему тогда ящер?

— Похоже, противник наш осведомлен о «кукловоде». Но не знает, кто именно. Они промахнулись.