— В таком случае я буду расценивать это как вмешательство в дела Российской империи. Разрыв дипломатических отношений, закрытие границ и война. Всего доброго. Люди из посольского приказа проводят вас в гостиницу, а потом доставят на дирижабль. Дальнейшее ваше пребывание на территории Российской империи нежелательно.

— Подожди, Оль, — вмешалась Персик. — Ты пойми, мы не можем не рассказать. Это же невероятно!!! Да такого в принципе не может быть.

— Значит, мои глаза меня не обманули, — заявила Ангелина, приближаясь. — Ты действительно маг. Только какой-то странный.

— И что? — тут же влезла Катюха. — У вас и такого нет. Да вообще, ни у кого нет, а у нас есть. Умойтесь слезами горя и отчаяния, дамочки. Братик самый крутой в мире!!! И вообще, хватит щупать Линь за попку, а то от ее лица уже можно прикуривать, — стукнула она меня по руке, которая ненароком сместилась ниже талии все еще обнимающей меня ханьки. Я не нарочно, честное слово. Оно само как-то, да и она вроде не возражала.

— Так, все остаются на своих местах, мне нужно поговорить с отцом, — заявила Ольга и отошла в сторону.

Ну, а мы так и остались стоять, сверля друг друга взглядами. Катя носилась вокруг нас, периодически показывая язык на все стороны света. Линь тяжело дышала и на ее лице сменялась гамма эмоций. Чего это она? Не заболела ли случайно? Или так вдохновилась моей нереальной крутизной, что прикидывает цену за номер для новобрачных?

Персы и Пиндосы просчитывали варианты, как бы меня прижать, расспросить и поиметь. Я про выгоду, если что. Хотя, Ангелина тоже очень ничего. Прям в моем вкусе.

Ну а трибуны шумели, обсуждая бой и строя предположения от «что теперь будет» до «кто станет моей первой женой, и есть ли у некоторых шансы стать хотя бы моими наложницами».

Окинув взглядом меню и предлагаемый ассортимент, я решил, что шансы есть у всех. Особенно у стоящих рядом, но я торопиться не буду. Чем желанней приз, тем сильней за него будет битва. А я люблю, когда за меня девушки борются. Желательно при этом срывая с себя одежду и громко крича от страсти.

— Всем спасибо, все свободны, — сказала подошедшая Ольга. — Можете делать что хотите. Но если это ваше «что хотите» нам не понравится, то путь в империю для вас будет закрыт. А мы возвращаемся во дворец.

Кивнув всем, особенно девушкам, что сидели на трибунах, мы потянулись к выходу. Линь, несмотря на ее громкие протесты, сразу забрали ханьские дипломаты, а мы, загрузившись в машины, грозно сверкающие мигалками, понеслись домой.

— Оль, а что сказал отец? -поинтересовалась Лиза.