Щелчок пальцами, и кокон распадается. Ко мне сразу бежит Ольга и крепко обнимает. Потом Катя, Лиза и даже Линь. Причем последняя та-а-а-ак прижалась, что я едва оргазм не словил.

К Персику тоже подбежал ее брат и накинул на нее пиджак. В мою сторону он старательно гневно сверкал глазами, но ничего не говорил. А я бы пообщался, поэтому тоже сверкал, обнимая при этом Линь.

— Все это замечательно, — раздался голос столпа демократии. — Но кто-нибудь потрудится мне объяснить то, что я видела? Если мои глаза мне не врут, то Его Высочество пользовался магией. А насколько я знаю, мужчины этого делать не могут. Значит, ему кто-то помогал. Но барьер не пропускает вмешательств извне, я это проверила сама лично. Поэтому я требую объяснений.

— В своей стране можешь что-то требовать, а тут лишь просить, — тут же взвилась Ольга. — Пиндосы совсем страх потеряли, что позволяют себе подобные высказывания! Я не столь добра, как мой брат, и если вызову на дуэль, никого щадить не буду!

— Было бы кого бояться, — скривила губы Ангелина, но спорить дальше не стала, лишь ее взгляд прилип ко мне и уже не отпускал.

— Ваше Высочество, мы вас любим!!! —послышался крик с трибун. Посмотрев на них, я увидел, что мне усиленно махали те девчонки, что до того едва не подрались. Причем махали они мне по-моему трусиками. Я им тоже помахал. Нет, не трусами, а просто рукой, потому как снимать их было долго, да и народу много.

— Ваше Высочество, мы приносим вам свои извинения, — подошла к нам Дильнура, держа за руку нервно дергающегося Гаруна. По моему, он совсем не извинялся, но Персику на это было глубоко плевать. К сожалению, она уже была одета — и когда только успела и где взяла вещи? — но у меня было в архиве достаточно пикантных фоток. Так что будет что посмотреть тоскливыми вечерами, проведенными в одиночестве.

— Мы принимаем ваши извинения, -опередила меня Ольга, поняв по тому, как я набрал в рот воздуха, что я сейчас спою, при этом фальшивя и портя всю политику. А чего, я могу… Помню, как-то давно пел я в душе, а на меня потолок рухнул. Тогда я и осознал всю силу искусства. Правда, потом оказалось, что виноват в этом не мой вокал, а мой сосед сверху, что делал ремонт, но это уже детали.

— Предупреждаю сразу — все записи увиденного вами на арене придется уничтожить. Если наружу просочится хоть слово, то подвалы Тайного приказа покажутся вам Ирием. Перед выходом вы пройдете проверку у жандармов третьего отделения. Это же касается и наших иностранных гостей.

— Ты не можешь нам приказывать, — тут же как змея зашипел Гарун. — Сегодня же отец получит запись и узнает, что этот, — он презрительно посмотрел на меня, — стал магом.