Прорвавшись через несколько штурмовых отрядов и не повредив костюм, что я отнес к значимому достижению, мы наконец добрались до башни, где располагался штаб по обороне города. Она гордо возвышалась над городом, и из нее открывался замечательный обзор на окрестности, но, мля, как можно было додуматься до такой глупости⁈

На месте бронированной двери зияло обугленное отверстие, на ступенях валялись трупы ватиканских гвардейцев, которых явно застали врасплох. С верхних этажей до нас доносились звон стали и мощные взрывы, охрана кардинала еще держалась.

Витторе бросился внутрь, но я придержал его за плечо. Чутье говорило о возможной засаде, и оно не подвело. Присмотревшись, обнаружил висящие в воздухе почти незаметные плетения и швырнул вперед сгусток чистой силы. На мгновение вспыхнула яркая ослепительная вспышка, и ударная волна сбила с ног всех, кроме нас с Фокалорс.

— Ого, какая мощь! — Демонесса сбросила с себя легкомысленный вид. — Даже мне пришлось бы нелегко. Господин граф, не желаете, чтобы я пошла первой?

— Сам справлюсь. — Поудобнее взявшись за топор, приказал своим девушкам: — Охраняйте вход, в случае чего отступайте и зовите нас.

— Ты что, хочешь оставить нас здесь⁈ — возмутилась рыжая дриада. Витторе закатил глаза и буркнул что-то про неконтролируемых баб, и сейчас я был с ним согласен.

— Мина, мы сейчас на войне, ты или беспрекословно выполняешь мои приказы, не ожидая объяснений, или немедленно возвращаешься домой и готовишь борщи, поняла⁈ — Мне не нравилось видеть, как рыжая девушка сжалась от моего рыка, но детские игры закончились. — Я доверяю вам прикрыть свою спину, а ты…

— Я… да… прости… — Она поспешно опустила голову. — Иди и убей там всех!

Кира молча приобняла ее за плечи и кивнула мне, мол, разберусь. Времени на разборки совершенно не оставалось, и потому я побежал по ведущей на крышу узкой лестнице. На каждом этаже встречались новые трупы, примерно с третьего среди ватиканцев попадались и римляне. Я перевернул одного с живота на спину и всмотрелся в холеное молодое лицо, явный аристократ, третий или четвертый сын.

— Очень странная атака, — поделился своими мыслями, пока мы поднимались дальше. Римляне не оставляли никаких заслонов и ловушек, но я все равно сохранял осторожность и спешил неторопливо. — На стене ни одного одаренного, здесь тоже, прямо скажем, не самый цвет. Зачем просто так класть людей?

— Это же простолюдины, кто их считает? — Фокалорс сделала большие глаза, услышав мой рык. — Я объясняю логику римлян! Сама же считаю совершенно иначе.