— А теперь хочу представить вам нашего нового проректора, который и возьмёт на себя все основные вопросы управления академией, дав мне чуточку свободы для творчества, — я заулыбался, шагнул женщине навстречу, радушно протягивая уже обе руки.

— Как вас звать, уважаемая? — склонил я голову, разглядывая посланницу гильдии.

Та хоть и была слегка сбита с толку таким приёмом, но быстро оправилась и сухо произнесла:

— Магистр магии Аделаида Кортес, второй помощник великого магистра.

Я, схватив за руку, немедленно подтащил её к трибуне и гордо объявил:

— Друзья, наш новый проректор, — магистр магии Аделаида Кортес. Прошу любить и очень любить. Магистр готова к любви.

— Крейцмер, это что за клоунада⁈ — сквозь зубы еле слышно прошипела женщина, под многочисленными любопытными взглядами, однако, продолжая сдержанно улыбаться.

— Ректор Крейцмер, — прошипел я ей в ответ, также почти не двигая губами, — я был и остаюсь ректором, не забывайте.

Народ в зале нашей короткой пикировки не заметил, и я, вовсю работая на публику, заявил, коснувшись ладонью груди напротив сердца:

— Решение было трудным, почти мучительным для меня, но побеседовав с великим магистром, мы решили, что так будет лучше для всех. Так что, с этого момента, все вопросы касающиеся финансово-хозяйственной деятельности направляйте магистру Кортес, а не мне. Я уверен, она сможет с ними разобраться не хуже. И с новым проректором мы, наконец, сможем сделать нашу академию лучше, вытащив из того застоя, в котором она пребывала ранее. А теперь похлопаем магистру!

Я сам активно принялся стучать ладонями друг об друга, с умилением глядя на поджавшую губы Кортес.

Мне вторили жиденькие аплодисменты из зала, и я, добившись необходимого эффекта, незаметно перевёл дух, чувствуя бисеринки пота на лбу. Снова широко улыбнулся и, приглашающе разведя руки в стороны, произнёс:

— Ну а теперь вопросы.

* * *

Вопросов ни у кого не было, большинство, расходясь, только ворчало, что собрали из-за какой-то фигни, у руководства очередные нереальные прожекты, а ещё ввели новую прокладку с этой проректором, непонятно для чего, лучше бы зарплату людям повысили.

Баляйн с Фаргисом плотно оккупировали секретаршу, похоже, действительно, питая к девушке нечто большее, чем просто приязнь. Ну а я остался на возвышении наедине с гильдейской супервайзершей.

Женщина, задумчиво проводив спины уходящих преподавателей, снова окинула меня внимательным взглядом и, хмыкнув, произнесла:

— Мне говорили, что вы очень хитрый и изворотливый молодой человек, но признаюсь честно, вам удалось меня удивить. Представление, что вы устроили, весьма впечатлило. Как вы ловко извратили правду, выдав моё появление за ваше собственное решение.