А я упал. Медленно, в красивом слоу-мо, раненный чуть ниже сердца. Еще живой, но с довольно неутешительными прогнозами. Не успел и слова сказать, как тут же выстрелили Слепой и Алиса. Громуша устремилась к окну, чтобы в самое короткое время очутиться возле моего обидчика. И уж не знаю, что там произошло с нашим танком, потому что до момента ее вступления в бой пришлось бы ждать довольно долго. А вот и Слепой, и Алиса тут же брякнулись рядом. С теми же самыми пулевыми ранениями.

«Херня какая-то», — подумал я, возвращаясь из мира возможных событий к реальной жизни. Зато сразу чуть ли не заорал неожиданный приказ:

— Не стрелять!

— Что-то не так? — спросила Алиса, все еще глядя на объект через прицел, но ее пальцы послушно переместились на спусковую скобу. Умница.

— Есть две новости, хорошая и плохая…

— Ты уверен, что хорошая есть? — спросила Громуша самым мрачным тоном.

— Если вкратце, то я знаю, почему этот чудик идет один. Мы не можем причинить ему никакого вреда. Весь урон не просто рикошетит, он зеркалится без потери кинетической энергии, насколько я понял.

— Ешли выштрелим, то пуля прилетит обратно в штреляющего? — первым догадался Слепой.

— Только не пуля. Какой-то сгусток непонятной херни. Видимо, так и работает его способность.

— А если яСтрелу свою пущу? — предположила Алиса.

Новая способность кровавой ведьме очень нравилась. Наверное, потому, что у каждого из нас были дистанционные методы воздействия на противников (разве, только что, кроме Громуши). Теперь такая игрушка появилась и у моей пассии.

— Думаю, эффект будет тот же. Может, правда, не смертельный. Но тебя ранит.

— А что там по поводу хорошей новости? — вмешалась Громуша.

— Мне кажется, у нас появилось абсолютное оружие, чтобы попасть к последнему артефакту, — сказал я.

Из группы меня понял только Слепой, который согласно кивнул.Гром-Баба нахмурилась, да и Алиса смотрела сощурившись, словно на солнышко.

— Представьте человека, который способен отражать любые атаки. Причем особо не напрягаясь. И все, кто нападет на него с желанием убить, умрут сами. Нам лишь надо, чтобы этот красавец шагал впереди.

— Интерешно, а ешли Голош на него нападет… — начал было говорить Слепой, но осекся.

Хм, а об этом я не думал. Способен ли Голос убить сам себя? С одной стороны, чего только в Городе не может быть. С другой, как-то было бы все слишком просто. Думаю, несущий Свет тоже не фалангой делан и не стал бы допускать подобных прецедентов.

— Что делаем-то? — спросила Громуша.

— Возьму сейчас голубя и лавровую ветвь и постараюсь сдержаться, чтобы не засунуть ее ему в задницу. Потому что силой тут ничего не добьемся, — ответил я. — Поприветствуем, предложим перейти на темную сторону в обмен на печеньки.