Так мы и решили сделать. Курс через второй этаж был взят, и мы покатили за собой наполненные водой ведра.

Тут и там нам попадались пациенты, разгуливающие по этажу. Кто-то не обращал на нас никакого внимания, находясь где-то в своем мирке и бормоча что-то неразборчивое под нос. Один дедуля выделился особенно, меряя шагами коридор и на чистом китайском самому себе утверждая, что этот «пансионат» сверху донизу заполонили корейцы, а приезжим он здесь совершенно не рад.

Другие пациенты, напротив, неотрывно провожали нас таким пронзительным взглядом, что даже мне не по себе становилось. Одного я вообще застал за полосканием рук в моем ведре, когда обернулся.

— Нужно держать руки в чистоте, — с кривой улыбкой отозвался мужчина лет сорока, поднимая на меня глаза, но не отрываясь от процесса. — И тогда никакая зараза не пристанет. Никакая… зараза.

Джинхёка аж передернуло от такого фортеля, и мы покатили наши ведра дальше. Пугающий пациент некоторое время следовал за нами на корточках. Наверное, до тех пор, пока не посчитал свои руки достаточно чистыми.

Зато от процедурных кабинетов больные предпочитали держаться подальше, и в правом крыле мы их практически не встречали. Однако стоило нам приблизиться к прозрачным дверям, ведущим на лестничную площадку…

— Эй, вы двое! — окликнули нас, и мы синхронно повернули головы к источнику голоса.

Им оказался мужчина средних лет в белом халате, и ничего хорошего наше дальнейшее общение не предвещало. Так, впрочем, и оказалось…

— Вы-то мне, ребята, и нужны, — заявил незнакомец, остановившись перед нами. Лицо я его, как следует, разглядеть не мог. Приходилось прикрывать козырьком кепки собственное. — Вы видели, что на третьем этаже творится? В туалете. Чертов Пак Сунбок снова расписал там стены своими… «художествами».

— «Художествами»? — зачем-то переспросил Джинхёк, и я едва удержался от того, чтобы не закатить глаза.

— Дерьмом он их расписал. Дерьмом! — повторил мужчина, вскинув указательный палец. — После обеда будет обход, и я не хотел бы, чтобы кто-то из моих коллег опять на это дело наткнулся.

— График уборки третьего этажа запланирован на… — начал уж было я.

— Да плевать я хотел на ваши графики!

— Правилами внутреннего распорядка… — подхватил Джинхёк.

— Туалет нужно привести в надлежащий вид до конца обеда! — вновь перебил нас доктор. — И если вы отказываетесь от выполнения своих прямых обязанностей, я найду того, кто с этим разберется. Не только с уборкой, но и с вами обоими. Чего вы там лица прячете, бесстыжие?

М-да… ситуация. Уборка чьих-то там «художеств» в планы наши не входила, но если не отвязаться от этого мужика, операция вообще может накрыться.