— Благодарю, госпожа Чен.
В детстве она казалась мне более веселой и энергичной женщиной. Хотя годы тоже брали свое, и ни одна пластическая операция не скроет истинный возраст, когда человек в какой-то момент перестает испытывать радость от жизни. По Чен Гоын это было видно особенно хорошо.
— Председатель отдыхает в гостиной, — бросила она мне как бы между прочим и направилась в противоположную от гостиной сторону, ну а я, стиснув руки в кулаки, последовал ее указаниям.
Чен Джи-Хун сидел в кресле со стаканом чего-то горячительного в левой руке. В правой он держал книгу, придерживая желтоватые от старости страницы большим пальцем.
Тут у меня снова встал этот проклятый ком в горле, однако я понимал, что пути назад уже нет. Я пришел сюда, чтобы рассказать ему правду и не покину стены этого особняка, пока не сделаю задуманного.
— Господин… председатель? — еще стоя на пороге, окликнул Джи-Хуна, и тот лениво оторвал взгляд от страниц, подняв его на меня.
— Валкер? — только теперь неподдельно удивился старик. Сейчас, сидя немного под шофе в плотном темном халате, он выглядел особенно уязвимо. — Что вы здесь делаете?
— Я… — слова застряли в горле, хотя отчаянно просились наружу. Ладони увлажнились, но я сделал последний судорожный вздох, прежде чем выпалить: — Я не Валкер, господин председатель. На самом деле вы с рождения знаете меня, как Волкова. Алексея Волкова.
Резко вскинув брови, старик медленно поставил стакан на столик возле кресла и, опустив книгу, подался вперед.
— Та авиакатастрофа… — продолжил я уже с большей твердостью в голосе. — Мои родители не просто пропали без вести. Они, действительно, погибли в ней, но я… Я выжил, господин председатель. Я выжил и… я вернулся.
Глава 10
Молчание между нами затягивалось. Старик Джи-Хун смотрел на меня, я — на него. Так и думал, что за моим признанием обязательно последуют вопросы… В самом ли деле я тот, за кого сейчас выдавал сейчас? Каким образом сумел выжить, когда остальные погибли? Как вообще маленький пятилетний мальчишка смог пережить крушение самолета, а главное — в конечном итоге оказаться здесь, на родине?..
Но председатель тепло улыбнулся мне и вместо тысяч вопросов ответил одной-единственной фразой:
— Я чувствовал, что это ты. Нет, я знал это. Конечно же, знал. Просто ждал, когда ты сам захочешь в этом признаться.
Его реакция повергла меня в замешательство. Такое, что я вытаращил на старика глаза, замерев на месте.
Нет, неужели?.. То приглашение на ужин, мое повышение с его легкой руки, невинная игра в шахматы?.. А еще именно он настоял на моей кандидатуре в личные телохранители Харин.