Над своей внешностью пришлось поработать более основательно, в точности воспроизводя все черты Уильяма Чандлера, до единой родинки, морщинки и тяжелых кругов под глазами. Образ закрепил светлым париком и смокингом.
Давненько уже не встречался с этим франтом в зеркале и снисходительно улыбнулся своему отражению. Меня вот на подобные «вечеринки» отродясь не приглашали. Есть чему позавидовать.
— Волнуешься? — глянул я на Джинхёка, наворачивающего круги по номеру и драматично заламывающего руки. — В первый раз я тоже немного волновался, а на второй уже чувствовал себя там, как дома. Или у тебя до сих пор руки чешутся накопать какой-нибудь грязный компромат?
— Да иди ты, Алекс… Но соваться туда без табельного оружия и впрямь как-то некомфортно.
— Просто расслабься и получай удовольствие, — стряхнул я с плеч невидимые пылинки. — Пути отступления на непредвиденные случаи предусмотрены, и о них я позабочусь. Всё, что от тебя пока требуется — держаться поближе ко мне и постараться не устраивать гостям допросы с пристрастием, даже если сами разговор начнут.
Мужчина шумно втянул воздух носом, но ничего не ответил. Надеюсь, профессиональная деформация всё же не сыграет с ним злую шутку. Со всеми нами.
Ровно в половину седьмого мы вызвали две машины такси и с указанным Марией промежутком в пять минут тронулись с места по направлению к башне, которая этим вечером была закрыта для посещений.
Если, конечно же, у тебя в кармане не завалялось приглашение на подпольный Джинсанский аукцион.
Глава 24
Башня бизнес-центра «Юли» лишь ненамного уступала по габаритам сейсмически-устойчивому небоскребу «Арх Технолоджи», в котором я навел немного шума чуть меньше года назад. А ведь сейчас кажется, что прошло гораздо больше времени.
Если так подумать, это ведь моя вторая поездка в Джинсан, и даже если мне уже приходилось бывать в этом прибрежном городе прежде, будучи еще совсем ребенком, никаких воспоминаний о том времени у меня не осталось.
Когда я вышел из такси, поправив лацканы пиджака, накрапывал мелкий дождь. Следовало поскорее пройти процедуру проверки и зайти под крышу, чтобы маскировка осталась в первозданном виде. И Джинхёка заодно предупредить, чтобы не мешкал на входе. Если у него случайно поплывет нос или растекутся морщины, сам он того не заметит.
Возле стеклянных дверей, занавешенных черными полотнами, меня встретили двое худощавых мужчин в строгих костюмах. Руки их были сложены перед собой, а верхняя часть лица скрыта за темными очками.
— Просим прощения за неудобства, господин, но бизнес-центр сегодня закрыт, — произнес первый, едва шевеля губами.