— Это не его кровь!

— Что ты с ним сделал, сука⁈ Отвечай! — рабочий сменил тон и даже успел отвесить Муравью по щам, но потом его схватили Мелкий и Славка, быстро оттащив от несчастного.

Ну а я покрепче сжал в руках револьвер и осмотрелся. Почти сразу удалось заметить кровавые следы и примятую траву, не успевшую расправиться. Будто что-то тяжёлое здесь только что тащили. Я даже смело сделал первый шаг по следам, но потом задумался:

«Да какого хрена, Вано? Ты что, в дурацком боевике? Крутой герой, который нихрена не боится⁈ Нет, не герой я. Я — обычный колонист Вано, у меня про это даже правила есть».

И эта мысль отчётливо показала мне, что я боюсь. Ещё как боюсь! И никуда в потёмках идти не собираюсь.

— У Веселова есть медицинская капсула! — сказал один из рабочих, кладя мне руку на плечо. — Может, ну его?.. Пустьэто , кем бы оно ни было, делает с его телом всё, что хочется…

— Согласен, — кивнул я. — Давайте-ка все в лагерь. И поживее!

— Я хочу в город! — тоскливо, на одной ноте заныл Муравей. — Я хочу домой!

— Да завали ты, чмошник!.. — не выдержав, рявкнул на него Мелкий.

— На завалю! — не унимался Муравей.

— Завалишь! — стоял на своём Мелкий.

— Не завалю!

— Завалишь!

— Не зава-о-о-о… — как только Муравей опять раскрыл рот, стоявший сзади Хир-Си ловко вбил ему кляп из свёрнутой пучком травы. И даже заботливо подоткнул пальцем.

— А ну тихо все!.. — запоздало приказал я. — Расшумелись, как дети в зоопарке… Живо в лагерь! И следите за Муравьём!.. Если опять истерику закатит — вырубайте.

Так мы все и отправились назад. Муравья под руки тащили Мелкий и Хир-Си, а рабочие со Славкой торили путь. Я же пытался прикрывать всех и со всех сторон. Моя винтовка осталась в лагере, поэтому в руках был один лишь револьвер. Отчего мне, если честно, было как-то не по себе… Аж мурашки табунами по коже бегали.

Ещё и ночная темень начала со всех сторон наваливаться. Наверно, поэтому мне постоянно казалось, что за нами кто-то внимательно наблюдает из зарослей. Я нервно озирался, сжимая револьвер, и тихо матерился сквозь зубы. Видимо, чтобы хоть как-то набраться смелости перед лицом неизвестного потрошителя.

Дневник Листова И. А.

Двести шестой день. На нас напала трава!

В лагере успели переполошиться. Люди слышали предсмертные крики жертв: и первой, и второй. И, естественно, сходу накинулись на нас с расспросами, что да как. А мы пока и сами не знали, что отвечать. Ведь оба убийства произошли не на наших глазах.

Поэтому я просто коротко пересказал, что мы видели на берегу.

— Кто такое сделать-то мог? — удивился кто-то из рабочих.