— Аборт или выкидыш. Совсем недавно.

Родители вначале не поняли о чём я говорю, и на их лицах появилось недоумение. Новость была не радостной, и я заметил, как болезненно восприняла мои слова Эмери.

— Я говорил про Елену. Я уверен, — быстро ответил я на невысказанный вопрос матери. — И ей нужно попасть ко мне на лечение.

— Ярар, ты уверен? — всё-таки задала вопрос Эмери.

Я кивнул и на её лице появилась тень злости и обиды. Не знаю, чем вызваны эти эмоции, но медицинскую помощь Елене нужно оказать. Или она навсегда останется бездетной. А то, что она залетела не выходя замуж, меня совершенно не интересовало. Пусть разбираются взрослые. В прошлой жизни нравы были куда проще здешних.

— Талий, — поздоровался Николай Орлов, — давно не виделись.

— Ты же знаешь, что будь моя воля мы бы не виделись вообще, — ответил отец. — Но коль ты прибыл, то чувствуй себя, как дома, только не забывай, что ты в гостях.

— Ох, уж это гостеприимство Тьер. Уже вся Империя шумит о том, как летал посол гномов, — с улыбкой сказал он Эмери. Потом осмотрел встречающую делегацию: — Давайте не будем тратить время. У нас есть что обсудить.

Когда мы шли, Орлов спросил отца стоит ли мне присутствовать при разговоре взрослых, на что отец ответил, что я всё равно обо всём узнаю от него или от графа. Тот лишь кивнул и пошёл дальше. Ведь у него нет прав раздавать указания в чужом роду.

К прилёту Орлова с командой была в срочном порядке завершена работа с первым жилым зданием, в котором мы поселили гостей, и там же мы планировали ввести их в курс дела. И хоть Анри Ля Фисто уже сделал это, но некоторые подробности при допросе раба, мы смогли узнать позже. Вплоть до того, как был убит Алексей Де Броф и даже где похоронен.

— Скажи, Талий, а зачем вы дали свободу этому рабу? Также меня интересует, как он вообще угодил в рабство!

Отец посмотрел на графа, и тот отрицательно покачал головой.

— Таааак, и что на этот раз вы от меня скрыли? — спросил Орлов.

Граф и Талий недолго смотрели друг на друга. Насколько я смог понять, граф не стал раскрывать информацию о том, что раб был покорным.

— Вначале подпиши этот договор, — протянул отец.

— Не буду я ничего подписывать. И твоему графу я об этом уже говорил. Ты наверно забыл какую должность я занимаю?

В комнате резко поднялась температура. От Талия стал исходить такой жар, что я невольно выставил вокруг себя щит.

— Это ты забываешь, «птичка», к кому ты пришёл! Или ты думаешь, что император предъявит мне за твою смерть? Я просто официально вызову тебя на дуэль и дело с концом. — Он кинул пергамент в лицо Орлову, и повысив голос, сказал: — Ты подпишешь договор о неразглашении информации или подымешь её, — следом за пергаментом кинул он в ноги Орлову перчатку.