На лице Орлова заиграли желваки. Вероятно, не каждый день ему приходилось получать угрозы, сопряженные с риском для жизни.

— Хорошо, я подпишу договор. Но в нем должен быть пункт о том, что об этом я смогу сообщить императору.

— Только под договор! — серьезным тоном сказал Талий.

— Ты с ума сошёл? Как ты себе представляешь это? Чтобы я ставил императору условия?!

Талий указал взглядом на пол.

— Тогда поднимай перчатку!

— Я могу просто вернуться назад. А раба оставьте себе! — попытался выйти «сухим из воды» Орлов.

Но отец оставался непреклонным. Он вновь показал на перчатку, и тогда Орлов сдался.

— Надеюсь это будет стоить тех нервов, которые уйдут при разговоре с государем, — садясь за стол и подписывая договор сказал Орлов.

* * *

«Щёлк» — звук пощёчины сотряс комнату. Елена схватилась за лицо и не ожидая такого от старшей сестры ждала объяснений её поведения.

— Потаскуха! — порычала Эмери. — Что, зачесалось так, что раздвинула ножки не дожидаясь свадьбы? И кому ты теперь нужна, порченая?!

Елена вначале не понимавшая действий сестры, осознала о чём речь. Та словно за мгновение потеряла силы стоять на ногах, упала на землю. Елена никак не ожидала, что сестра так быстро обо всём узнает. «Но откуда?» — подумала она. И ответ тут же пришёл.Ярар Де Тьер. Видящий магию. Маг целитель!

— Что ты молчишь? Думаешь, я жалеть тебя буду? — крича спросила сестра. — Признайся честно, ты ведь вытравила ребенка?

Эти слова окончательно добили Долгорукову, и она зарыдала.

— Госпожа, — услышала она сквозь свои всхлипы знакомый голос. Елена подняла голову и увидела чуть располневшую Ерби. Та стояла рядом с её сестрой, и что-то шептала той на ухо.

— Хорошо, — ответила Эмери, — отведи её в дом и никуда не пускай.

Елена хотела возмутиться, но подняв глаза увидела перед собой леди Тьер, а не свою старшую сестру.

— А ты только дай повод преподать тебе урок. Мигом свяжу и отправлю к отцу! Он тебя мигом в монастырь отдаст!

После чего Эмери развернулась и направилась в сторону дома, в который зашёл Орлов вместе с остальными членами команды.

Елена проводила сестру взглядом, и когда она зашла в дом, услышала голос Ерби.

— Чего расселась? Пойдём. Тебе туда, — указала Ерби на дом, — идти с таким лицом точно нельзя.

— И что потом? — растерянно спросила Елена.

— Странный вопрос. Потом тебя будут ругать, потом ещё раз ругать, а потом будут плакать. И всё в таком духе. Главное, ты всё расскажи Эмери без утайки.

— А здесь есть люди, которые ещё не знают про то, что я сделала аборт? — спросила Долгорукова.

— Всё-таки аборт… Я надеялась, что выкидыш. — и с отвращением на лице, сказала: — Дура ты! Ребенка Всевышний дарует. Убийцей ты стала, только чтобы себя спасти от позора! О себе только и думала!