Было очень тяжело сосредоточиться и понять, что происходит вокруг, но надо сказать, что даже в таком состоянии я оставался крайне бдительным и когда Лосяш притащил из леса огромную корзину грибов, я не уподобился остальным глуповатым смешарикам: откладывал в сторону все неизвестные мне грибы, беря и поедая только те, что я знал и имели очень красивую красную шляпку, живописно усыпанную белыми пятнышками. Сначала их вкус показался мне слегка странным, но очень скоро мне стало всё равно и так разноцветный мир окрасился абсолютно феерические цвета, будто мне прямо в зрачки гигантским шприцам впрыснули всю палитру какого-то сумасшедшего художника. Мы сидели за обширным столом смеясь над уморительными шутками друг друга, запивая грибы чаем густым от добавленного мёда, который делают очень неправильные пчёлы. Наверное, я так и хохотал никогда, поэтому не сразу заметил, что над медвежонком, усиленно подкладывающим мне в чай мед, появилась информационная панель, а когда увидел, то далеко не сразу смог прочитать, что на ней написано.

Бурый медведь.

Питомец.

Не слишком длинное послание, однако мне понадобилось несколько минут чтобы одолеть обе строчки, настолько смешной была шутка зайца, от которой я чуть два раза не съехал под стол.

— Ну что? — Пробасил медвежонок, подкладывая ещё три ложечки зеленоватого мёда, хочешь ли ты взять меня в питомцы?

— Конечно, — без всяких сомнений ответил я, стараясь хоть на миг сделать серьезное лицо, то и дело непроизвольно расползающееся в широчайшей улыбке.

— Ты в этом абсолютно уверен?

— Несомненно.

Крах… Цветное видение разбилось на тысячи осколков, в трещины меж которых начала вползать непроглядная тьма, заливая собой всё и вся, а когда от разноцветного мира не осталось не единого кусочка, тьма полыхнула призрачным синим огнём, наполняя мою реальность танцем вихрящихся огненных искр.

Очнулся я ещё стремительные, чем канул в забытьё. Сознание вернулось будто по щелчку, и я подскочил на месте с оглушительным грохотом врезавшись каской в лежанку, под которую я всё-таки успел частично забраться перед тем, как окончательно отключиться. Опять грохнулся на пол и практически в полной темноте, едва рассеиваемой светом исходящим от Фракира и далекой лампы, осмотрелся вокруг. Этому очень мешали вылезшие перед глазами логи, и я раздражённо отмёл их в сторону, вглядываясь в окружающую тьму. Не увидел ничего кроме помаргивающих отблесков на голых стенах и решётке.

— Что уже очнулись? Что-то вы рано. Ну да ладно, я уже почти закончил, можно и послушать, что вы расскажете из того, что я еще не знаю.