опоздал. Он немедленно вызовет внутреннюю охранку, а уж они сообщат ведьмам. Те быстро поймут, что ее убили Талантом. Они вытрясут из Адониса всю душу, и он расскажет им о том, что я был с ведьмой наедине. И тогда они придут ко мне… Тут не надо тешить себя надеждами, что я сумею выдержать их допрос. Они расколют меня. Единственный шанс не допустить этого — устранить Адониса. Больше свидетелей, вроде бы, нет. Тот район достаточно безлюдный и, скорее всего, никто не видел, как я приходит к парню. Хотя это тоже вилами по воде писано, но всех все равно не устранить. Меня откровенно ужасала идея холоднокровно убить одного невиновного человека, а тут несколько… Нет, если кто и погибнет сегодня ночью от моей руки, то это только Адонис, и то, если заклятие действительно сработало так, как сказано в книге. В этом случаем мне обязательно надо заставить себя отправить парня на тот свет, либо ведьмы убьют меня. Мне чертовски не хотелось так поступать, и я отчаянно желал, чтобы все обошлось и ведьма осталась жива, но если все же она мертва… простите предки мою грешную душу. Безумно нервничая, я быстро поднялся на ноги и метнулся к гримуару. Так как «Печать истинного хозяина» была снята, то уже можно было спокойно открывать и закрывать его. Мелькнула мысль на всякий случай взять книгу с собой. Вдруг она как-то поможет мне замести следы. В ней ведь много заклятий и обрядов. Немного поколебавшись, я все-таки засунул ее под футболку. Также я взял пистолет с глушителем и отправился к Адонису, отчаянно желая, чтобы он крепко спал и еще не обнаружил смерть ведьмы. Пока я шел к нему, мне вспомнились слова книжника. Он сказал, что мне не хватает опыта. Тогда это прозвучало с каким-то нехорошим подтекстом. Теперь я понимал, что книжник точно знал, что произойдет с той ведьмой, чья кровь послужит для открытия гримуара. По какой-то причине он не стал предупреждать меня об этом, и во многом из-за него погибла юная девушка, а я влип в такую дурно пахнущую историю. Размышляя над тем, как отомщу книжнику, я быстро преодолел расстояние до дома Адониса. По пути я никого не встретил. Торопливо взбежав по ступеням лестницы до нужного этажа, я застыл перед знакомой дверью. Моя дрожащая рука обхватила дверную ручку и нажала на нее. Естественно было закрыто. Тогда я достал пистолет и навел ствол на замок. Глушитель смягчил выстрел, но звук все равно был не таким тихим, как хотелось бы. Я поспешно открыл дверь и проник внутрь. Из-под той двери, за которой находилась гостиная, выбивалась тонкая