Как же хорошо было его в руках. И этот жар… он совсем не обжигал, а окутывал, словно облачко. Наше появление было феерическим. Все гости, родственники и соседи разом замолчали, стоило Стэну войти во внутренний дворик, держа меня на руках, а потом разом захлопали, заахали, закричали. Кто-то даже громко засвистел. Я смутилась еще больше. — Может, отпустишь меня? — шепнула немного нервно. — Зачем? — едва слышно отозвался он, проведя губами по моей пылающей щеке. — Ты же сама хотела близости. Если уж ты решила впустить меня в свою постель, то привыкай. Я буду еще ближе… намного ближе. В данной ситуации я радовалась тому, что на улице темно. Фонарики, конечно, над головой горели, но не сильно. Поэтому никто не мог рассмотреть, как сильно загорелось от смущения мое лицо. Бесфорт отнес меня прямо к походному алтарю, у которого нас ждал невысокий щуплый адепт храма Четырех Стихий с жидкой козлиной бородкой. И где его мама только откопала, он же был младше меня. И нервничал так, что руки дрожали. — Вам стоит опустить невесту, — прошептал он, поправляя тугой воротничок своей черной рубашки. — Жаль, — усмехнулся Стэн, поставив меня на землю. — Мне нравится держать Кэрри на руках. Так бы всю жизнь и проносил. Я лишь улыбнулась, поправляя юбку своего алого платья. Алтарь представлял из себя переносной столик, на котором криво висела красная скатерть с серебряной бахромой и тяжелыми кисточками. Сверху четыре массивных кубка, украшенные позолотой. Каждый из них символизировал свою стихию, поэтому рисунки на них были соответствующие. В центре стола — белый кристалл на деревянной подставке. — Начнем наш помолвочный обряд, — сложив перед собой руки, торжественно произнес адепт. — Это не свадьба, но тоже важный шаг в вашей жизни. Закрепление вашего слова перед стихиями. Я бросила настороженный взгляд на Бесфорта. Обряд уже не игрушки, может, стоит отказаться? Мне даже было плевать на то, что подумают все эти гости и родственники. Просто мы как-то слишком далеко зашли в своей игре, подключив к этому силы стихий. Но мой жених упрямо смотрел перед собой и даже чему-то едва заметно улыбался. Нервное, что ли? Адепт тем временем нараспев читал слова древнего заклинания. И с каждой произнесенной им фразой внутри кубков начинали оживать стихии. Затрещали угольки пламени, заплескалась вода, задрожал от ветра третий кубок, зашуршала земля. Элементы стихии поднимались все выше, словно стремились выбраться из своих кубков. Постепенно все ярче начинал светиться кристалл. Я молча наблюдала