Глава тринадцатая
О какой самооценке может идти речь, когда даже фальшивый жених обнимается с какой-то рыжей бабой у меня под носом? Хотя надо отдать ему должное, он особого участия в обнимашках не принимал. Это рыжая вокруг него так и обвилась, пальцы запустила в волосы, целовала страстно, опытно, в то время как Бесфорт стоял истуканом. Даже руки по швам вытянул. Но все равно было обидно. Я его тут, понимаешь, перед братом выгораживаю, репутацию его обеляю, а он… втихаря с кем-то обжимается! Я снова взялась за ручку двери, открыла еще пошире, а потом со всей силой, как говорится, от души, хлопнула! Да так, что в ушах зазвенело. Рыжая от моего жениха не отлипла. Кажется, даже наоборот — сильнее присосалась. Пиявка недоделанная! А вот Бесфорт принял попытку сбежать из чужих объятий. Не сильно успешную, но хоть что-то. — Стэн! — громко произнесла я, старательно улыбаясь. Дамочка наконец перестала его облизывать и взглянула на меня своими зелеными очами с легким оттенком превосходства. — Ты кто такая? — низким грудным голосом спросила она, продолжая цепляться за Бесфорта. Его я, кстати, совсем не понимала. Что за детский сад? Чего он добивался своим поведением? Ведь не просто так все, с каким-то умыслом. Понять бы еще с каким? Мстит мне за Дага? Нет, не то. В его бирюзовых глазах мелькнул вызов. Бесфорт словно проверял меня. Отступлю или останусь? Пару дней назад я уже проходила через это с Патриком. Тогда я своими собственными руками отдала его Мэри. Не скажу, что это была ошибка, да и ситуация немного не та, но сам смысл… Еще одно испытание в стиле Стэна Бесфорта. И вообще, он словно провоцировал меня. Вчера добрый, нежный, открытый и веселый. Я помнила, как Стэн обнимал меня, утешая, как стер слезинку, запутавшуюся в ресницах. А сегодня стал холодным, молчаливым, отчужденным, словно ставил границу между нами, напоминая, что все происходящее лишь игра. «Я не собираюсь связывать себя узами брака, заводить семью и прочая ерунда. А вы, женщины, склонны романтизировать, строить замки, мечтать о несбыточном». Я хорошо помнила эти его слова. Но я-то тут при чем? Очередной этап, который надо было выдержать? Пытается вытащить меня из зоны комфорта, чтобы я сейчас отбила его у этой рыжей? А время шло. Мне кажется, я даже слышала тиканье часов. Тишина становилась все более многозначительной, как и ухмылка этой девицы. — Я? — переспросила у нее, продолжая улыбаться. — Самая любимая, замечательная и лучшая девушка в мире, которая осчастливила этого шикарного мужчину, сказав ему да. Рыжая