— Не твое дело! — Понял, — недоверчиво хмыкнул он, покачав головой. — С твоими данными ты могла менять парней как перчатки, а не ждать, когда этот слизняк обратит на тебя внимание. — Не называй его так! Патрик замечательный, добрый, умный, ответственный, целеустремленный, практичный. — И скучный до зубовного скрежета, — тут же вставил Бесфорт. — Но я понял. Даор — твой идеал мужчины, и другого тебе не надо. — Но ты думаешь, что появление в моей жизни парня заставит Патрика посмотреть на меня иначе? — Гарантировать не могу. Но мужчины обожают недоступных девушек. Это пробуждает в нас инстинкт охотника. Хотя сомневаюсь, что в Даоре есть хотя бы его зачатки. Кстати, гардероб тебе тоже не мешает поменять, — неожиданно добавил Стэн. — Слишком он… обычный. Влюбленная и желанная девушка так не одевается. — И что ты предлагаешь? Косуху и мини? — фыркнула я. — Вызывающий макияж и сплошные вырезы? — Тебе пойдет. — Издеваешься, — подытожила я, поднимаясь. — Я сама искренность, — улыбнулся он. — За совет спасибо. О произошедшем… — я многозначительно на него посмотрела. — Буду молчать. И даже изобразил какой-то огненный знак в воздухе. Он несколько секунд сверкал между нами, а потом вспыхнул пламенем и осыпался пеплом на пол. Вот с Бесфортом всегда так — все превращается в пепел! Быстро стуча каблучками по ступенькам, я сбежала вниз и поспешила прочь из беседки в сторону нашего дома, где шумел огромный праздник по случаю юбилея деда. Собралась уйма гостей и родственников, которые веселились и гуляли. Большой внутренний дворик был увешан гирляндами, которые освещали длинные столы со множеством вкусностей и танцевальную площадку, где под волшебные инструменты можно было кружиться в танце. Именно на площадке я и увидела обнимающихся Патрика и Мэри, которые медленно танцевали, тесно прижимаясь друг к другу, совершенно не скрывая своих чувств. Сглотнув противный ком у горла, я решительно прошла вперед. Сначала мимо детворы, которую дядя Асад веселил тем, что запускал крохотные салюты в воздух, что взрывались десятком разноцветных бабочек. Они потом некоторое время кружили вокруг, пока не рассыпались разноцветной пыльцой на траву. Потом на мгновение остановилась рядом с бабушкой, которая о чем-то оживленно болтала с пожилыми соседками. Увидев меня, они тут же замолчали, нацепив на лица виноватые выражения. Все ясно. Меня обсуждали. Меня и Патрика. А также тот факт, что я осталась совсем одна, совершенно никому не нужная. — Как дела, бабуля? — поцеловав ее в щеку, улыбнулась