Но он успел выпустить румпель и прыгнуть вперед, попутно сбив с ног спешившего к нему Келля. Санек тут же ухватился за скамью, чтобы не покатиться назад, к корме, по резко наклонившейся палубе, одновременно второй рукой он удержал оглушенного Келля и уже ногой запихнул его между скамей…

И включился боевой режим.

Пространство сгустилось, время замедлилось, соединив в единое целое Санька, хирдманов, задравший нос драккар, серо-зеленое, уже пробитое двумя копьями щупальце, мотнувшееся в сторону Санька и по пути смахнувшее в воду одного из хирдманов, но зато не задевшее Келля, который тихо лежал между скамей.

… Санек вскочил, уклонился от покрытого ямами присосок бревна, и едва не словил грудью копье.

Не словил. Тоже уклонился, перехватил древко и с разворотом метнул копье вверх, в башку кракена.

Санек хотел попасть в глаз. Что было непросто. Кракен, подтверждая предположение о своем немалом интеллекте, довольно ловко прикрывал глаз щупальцами, в которых уже торчали копья, казавшиеся в сравнении с этакими бревнами мелкими булавками.

Но шанс у Санька был. Вполне мог бы попасть.

Если бы в последнее мгновение его левую руку окатило уже не жаром, а холодом, и сбоку и немного позади от уродливой огромной башки прорисовался в обрамленный мелкими водяными брызгами расплывчатый, почти прозрачный силуэт…

В котором сознание Санька тотчас опознало девку.

Молодую голую девку с внушительной качественной грудью, сильными бедрами тяжелоатлетки и безупречным лицом античной статуи.

Идеальный типаж из тех, которые нравятся Федрычу.

Но имелся один нюанс. Вернее, два.

Полусложенные крылья у девки за спиной.

Внимание Санька сфокусировалось на ее лице. Точнее на стремительной смене его выражений: азарт, потом удивление, испуг…

Все это произошло за те доли секунды, пока рука Санька запускала пойманное копье по новой траектории. В новую цель. Санек не собирался ее убивать. Он вообще ничего не собирался и ни о чем не думал. Это был рефлекс. Враг опознан — враг поражен.

Санек видел, как летит копье, как вместо массивной груди и искаженного паникой лица внезапно проявляется грива светлых волос, а прозрачные искрящиеся крылья, распахиваются огромными веерами…

…И копье Санька, втыкается прямо посередине.

Прямо в ложбину позвоночника крылатой девки.

Вокруг гремела битва: орали хирдманы, что-то трещало и ломалось, оглушительно лупили по воде щупальца кракена… Но Саньку все равно показалось, что он услышал хруст сломанной кости.

И все кончилось.

Девка и копье канули в небе, кракен вышел из боя.

Разогнанное сознание Санька зафиксировало погружение гигантского кальмара. Он видел, как уползают-утягиваются с драккара истыканные копьями щупальца, как вместо безобразной башки вздувается водяной бугор.