Усмехнулся, представляя лица членов руководящего совета, когда они узнают о разгроме своей «неприступной» базы. Константин Петрович Скуратов-Бельский, тот самый «серенький» боярин, от которого шарахались даже закалённые охранники, скоро поймёт — не всех можно запугать. Некоторые кусаются в ответ.
Гильдия Целителей избрала неправильную цель. И очень скоро они начнут платить по счетам.
Глава 18
Я лежал в вырытой моей магией яме, накрытый камуфляжной сеткой. Ночная сырость въелась в землю, и холод медленно просачивался сквозь одежду, вытягивая тепло из тела. Где-то высоко над головой пробивались солнечные лучи, но густые кроны деревьев превращали их в призрачные блики, создавая зеленоватый полумрак.
Вокруг меня в таких же укрытиях затаились остальные — восемь бойцов, прошедших через программу улучшений Зарецкого, четверо моих спецназовцев и шестеро наёмников Коршунова. В соседних ямах, замаскированных ещё тщательнее, прятались Ярослава и её Северные Волки. Почти пятьдесят человек, готовых к броску, но пока неподвижных как камни.
Выбор этой точки для засады не был случайным. Коршунов выяснил, что вся дорога к базе и лесные тропы вокруг неё напичканы магическими датчиками — хитрая система раннего предупреждения Гильдии. Но здесь, в семи километрах от базы, нашёлся слепой участок. Ошибка, которая им дорого обойдётся.
Правда, чтобы доставить сюда почти полсотни бойцов незамеченными, Ярославе пришлось изрядно попотеть. Два десятка ходок на воздушных потоках, перенося по два-три человека за раз под покровом ночи. К утру княжна едва держалась на ногах от истощения, но выпила восстанавливающий эликсир Зарецкого и теперь была готова к бою. Без её аэромантии мы бы просто не смогли подобраться незамеченными — любая попытка пройти через лес пешком или проехать на машинах активировала бы датчики.
Через связь со Скальдом я наблюдал за дорогой с высоты птичьего полёта. Ворон парил над лесом, изредка покаркивая для вида — обычная птица, ничего примечательного.
«Скучно тут у вас, — проворчал фамильяр в моей голове. — Сидите в ямах как кроты. А я тут летаю, крыльями машу, изображаю местную фауну. Между прочим, это утомительно — притворяться обычным вороном. Знаешь, как сложно удержаться от комментариев, когда внизу столько интересного происходит?»
«Скальд, сосредоточься», — мысленно одёрнул я его, чувствуя, как напряжение заставляет мышцы деревенеть.
Семь километров до базы — это близко. Слишком близко. Любой шум, вспышка магии или выстрел могут всё испортить. План держался на тонкой грани между дерзостью и безумием.