Мышцы под бронёй вздулись ещё сильнее. Даже сквозь Сумеречную сталь было видно, как напряглись его предплечья. Медленно, неотвратимо он начал разводить челюсти химеры в стороны, уперев сабатон в нижнюю челюсть. Тварь билась в агонии, но хватка была железной. Треск костей, рвущихся связок, потом влажный хруст — и челюсть химеры разорвалась пополам до самого основания черепа. Язык вывалился наружу, чёрная кровь хлынула фонтаном.

Но я видел, как раны уже начинают затягиваться — чудовищная регенерация химер. Дмитрий тоже это заметил. Не выпуская разорванную пасть, он свободной рукой сорвал с пояса гранату, выдернул чеку зубами через щель в шлеме и забросил её глубоко в глотку твари. Тут же налёг всем весом, смыкая сломанные челюсти под собой.

Взрыв разнёс химеру изнутри, забрызгав всё вокруг чёрной кровью и кусками плоти. Регенерация не спасёт, когда твои внутренности разлетелись в радиусе десяти метров. Взрывной волной Ермакова отбросило в сторону, но уже через миг он поднялся, как ни в чём ни бывало и повернулся к следующей цели. Его фигура начала уменьшаться обратно — поддерживать такое усиление дольше было невозможно для мага столь низкого ранга.

Мы почти переломили ход боя. Одна башня в руинах, химеры уничтожены, часть врагов в панике отступала. Я уже начал продумывать штурм больницы, когда двери административного здания взорвались наружу.

Нет, не взорвались — их вынесли изнутри.

Две фигуры вылетели из проёма с такой скоростью, что оставили за собой шлейф каменной крошки. Они приземлились посреди двора, и бетон под их ногами пошёл трещинами-паутиной.

Братья-близнецы. Или настолько похожие, что могли бы сойти за них. Оба под два метра ростом, мускулистые и крепкие, как варяжские берсерки. Но не это заставило меня сузить глаза. Броня из Костедрева с высоким воротником-горжетом — я узнал характерный белый цвет с прожилками, похожими на венозную сетку.

Первый держал клеймор из аркалия. Лезвие было длиной в полтора метра и шириной в ладонь, но он крутил двуручным мечом словно тростинкой. Второй сжимал парные чуть изогнутые шашки из того же проклятого аркалия. Короче и легче, чем у брата, но от этого не менее смертоносные.

Их движения были слишком быстрыми, слишком плавными. Зрачки расширены до предела, вены на шеях пульсировали в бешеном ритме. Я видел такое раньше — коктейль из стимуляторов и Реликтов, доводящий человеческое тело до абсолютного предела. И за этот предел.

— Устали, Платонов? Магический резерв не бесконечен, а мои берсерки могут драться часами. Специальная разработка против таких как вы — магов, привыкших полагаться на свой дар. Что будете делать, когда магия кончится? Будете смотреть, как как они разорвут ваших людей, или попробуете остановить их сами? Давайте проверим, так ли вы хороши с мечом, как на дуэли с Елецким?