— Эликсиры? — нахмурился Прокоп, недоверчиво качая головой. — Не нравится мне это.

— Я не предлагаю никого калечить! — вспыхнул Зарецкий. — Это полностью безопасно. Речь не о какой-то новинке, а о давно разработанных и проверенных вдоль и поперёк зельях. Эффект будет временным, без последствий, а применение — строго добровольным.

— Значит, у нас есть два направления: Реликты для почвы и эликсиры для людей, — подытожил я. — Что ещё?

Максим Арсеньев, наш худощавый артефактор с впалыми щеками, до этого молчавший, вдруг поднял руку:

— У меня тоже есть идея, если позволите.

Я кивнул, и он развернул на столе свою записную книжку.

— Мы можем создать магические артефакты для улучшения существующих сельскохозяйственных орудий, — маг говорил бойко, набрасывая карандашом упрощённые схемы. — Представьте плуг с встроенным артефактом, частично самодвижущийся, который берёт долю нагрузки на себя. Он сможет перевернуть пласт в два раза глубже обычного, при этом не изматывая лошадь.

— Я мог бы выковать для него основу… — впервые проявил интерес Фрол, огромный кузнец с мозолистыми руками.

Бледное лицо артефактора раскраснелось от энтузиазма:

— Культиватор с магическим модулем сможет не просто рыхлить почву, но и насыщать её питательными веществами. Сеялка с правильно настроенными чарами будет точно распределять семена на оптимальную глубину. А магические опрыскиватели позволят эффективнее распределять воду и удобрения.

— Звучит сложно… Неужто это всё можно собрать? — задумчиво протянул Фрол, почёсывая подбородок.

— Можно, — уверенно кивнул Максим, — были бы ресурсы и помощники.

— Начинать нужно с плуга, — веско заметил старик Тихон. — Это основа. Хорошая вспашка — половина урожая.

Василиса, которая стояла за моей спиной, положила ладонь мне на плечо и затем обратилась к собравшимся:

— Вы все предлагаете рациональные идеи, но есть ещё один вариант, который нужно обязательно рассмотреть. Что если не просто улучшить плодородие почвы, аувеличить площадь пригодной под посевы почвы?

Староста Марфа, высокая женщина лет сорока, всплеснула руками:

— Да и так увеличили же. Уже 70 гектаров. Где же ещё взять пригодной? — она раздражённо обвела рукой карту. — На юге сплошные болота, топь на два дня пути — даже местные охотники обходят стороной. На севере леса густые, вековые — на расчистку одного гектара уйдёт месяц работы десятка крепких мужиков. В западной стороне — сплошь каменистые почвы, плуг погнётся, не то что прорежет. А восточные склоны весной смывает так, что всю рассаду уносит к чёртовой матери. Мы уже распахали почти всё, что можно было распахать, боярышня. Все мало-мальски пригодные участки давно под полями. Остались только неудобья.