— Итак, — начал я, окидывая взглядом собравшихся, — ситуация следующая. Староста Больших Островов заключил договор о протекторате с двумя воеводами — со мной и неким Русланом Варламовичем Ракитиным из Иванищ.

Я подробно изложил результаты допроса, отметив, что пленники отзывались о своём воеводе с уважением.

— Судя по доступной информации, у Ракитина под защитой находятся Иванищи, Панфилово, Гаврино и Неклюдово, — продолжил я. — Это означает, что мы столкнулись с расширяющейся зоной влияния другого воеводы, занимающегося тем же, что и мы — сбором деревень под свою руку.

— А теперь этот Ракитин собирает силы для нападения, — добавил Борис, хмуро потирая подбородок. — Вы сами слышали его угрозы по магофону.

— Угрозы естественны, — заметил я. — Мы пленили его людей.

Игнатий поднял руку:

— Сын, как думаешь, может ли он стать проблемой? Если он действительно разгневан и приведёт все свои силы…

— У него не больше пятидесяти бойцов, судя по словам пленных, — отметил я. — Против наших девяноста и прочных стен… Но дело не в этом. Я начинаю подозревать, что всё случившееся — большое недоразумение, вызванное хитрозадостью старосты.

Василиса нахмурилась:

— А если это ловушка? Может, Ракитин специально подстроил ситуацию, чтобы напасть на нас?

— Что думаешь, Тимур? — обратился я к Черкасскому.

Пиромант медленно заговорил:

— Я бы не спешил с выводами, господин. Если мы можем разрешить конфликт без кровопролития, стоит попробовать. Но и к возможному нападению нужно быть готовыми.

Георгий Светов, широкоплечий целитель, буркнул:

— Всегда можно подраться и потом, если переговоры не сложатся.

По горнице прокатился негромкий смех, разряжающий напряжение.

Полина осторожно прикоснулась к моему рукаву:

— Прохор, ты уже принял решение?

Я молча посмотрел на собравшихся вокруг людей. Каждый ждал моего ответа. Решение, которое я принял бы в прошлой жизни, было очевидным — сломить любое сопротивление, утвердить своё превосходство. Но сейчас…

— У нас есть время подумать, — сказал я наконец. — Ракитин будет здесь не раньше завтрашнего утра. К этому моменту я приму окончательное решение.

Тут неожиданно заговорила Надежда Кронгельм, изящная хрупкая женщина с редкой специальностью аэромаг.

— Я знала одного Руслана Ракитина, — произнесла она, и все обернулись к ней. — Это было давно, когда я жила во Владимире, и конечно имя и фамилия могут быть просто совпадением…

— Едва ли, — покачал головой я, — а опознать его сможете?

— Да, конечно смогу, — произнесла она, — если это он, то я его отлично знаю.

* * *

Руслан Варламович привстал на стременах, когда лес расступился и впереди показалась цель их похода. Даже на расстоянии Угрюм производил внушительное впечатление. Молодой воевода ожидал увидеть обычную деревеньку с частоколом, подобную своим Иванищам, но перед ним возвышалась настоящая крепость — с высокими бревенчатыми стенами, сторожевыми башнями по углам и мощными бастионами, вынесенными вперёд.