про меня рассказывала? — Ну… кое-что… Рашель поскользнулась, Кей легко поддержал ее. — Понятно. И про категорию «С» тоже? — За пять минут до вашего прихода. Дач засмеялся: — И впрямь буду долго жить. — Ну… мы часто про вас говорим… Остановившись, Кей взял девушку за плечи. Посмотрел в глаза — ласково и печально: — Я, похоже, свалял дурака, улыбаясь тебе четыре года назад. Рашель быстро покачала головой. Диадема на ее голове тонко пела, расширяя поле зонтика, пытаясь прикрыть от дождя обоих. — Девочка, разлюби меня, хорошо? — Почему? — резко спросила Рашель. — Я очень хорошо к тебе отношусь. Но не так, как тебе нужно. — Это… — Рашель заколебалась, — из-за Томми? Вы с ним любовники? — О Боже! Ты только ему не ляпни. Мы шатались вместе четыре года, и это было общим мнением. У Томми и так комплекс на этой почве… Нет, конечно. Я стандартно ориентирован, а парню, по-моему, вообще на секс наплевать. Он любит дурацкие игрушки, виртуальную реальность. — Тогда почему? — Раш, я предпочитаю любить человечество в целом. — Это удобнее… — Умница, — нежно сказал Кей. — Гораздо удобнее. Особенно когда сотню раз получишь пинка от тех, кого любишь. Собственно говоря, тогда это становится единственным выходом. — Я… — Никогда бы меня не предала. Конечно. Ты сегодняшняя — нет. Но будет завтра. Я прожил достаточно, чтобы понять — завтра наступает всегда. Порой хочется не дожить до него… иногда это удается. Но завтра все равно наступает. — Ну почему вы такой глупый! Я говорю, что я… что очень хорошо к вам отношусь. А вы мне про свои обиды!.. Рашель отвернулась. — Извини. — Дач потер лоб. — Ты права. И зови меня на «ты». — Ладно… — Раш, мне просто показалось, что ты немного в меня влюблена. И я решил сразу же тебя от этого предостеречь. — Спасибо! — Мир? Девушка молчала. — Когда я влюблюсь в тебя, ты немедленно узнаешь об этом, — серьезно продолжил Кей. — Когда я тебя разлюблю, ты тоже почувствуешь. — Рашель посмотрела на Дача. — А поцеловать меня рискнешь? Если Кея и удивил ее неожиданный натиск, то это никак не отразилось на его лице. Он наклонился к девочке — силовое поле скользнуло по волосам и отключилось. Ее губы были неожиданно опытными, умелыми, и это вдруг кольнуло Дача — странной, бессмысленной обидой. Словно неожиданная влюбленность Рашель была правильной. Словно в мире существовала верность и он, живший случайными романами, был вправе на нее претендовать. — Пойдем? — Рашель отстранилась. — Пойдем. — Он снова взял ее за руку. Молодой мужчина, гуляющий по вечернему саду