— По договору с Дланью… — начал было Вейшенг, но эльфийка, нисколько не постеснявшись, его перебила.
— Я читала этот договор. И нигде не сказано, что мы должны подчиняться вашим прихотям, — резко сказала женщина. Я помню, что она проспала несколько сотен лет, так что на девушку она тянула только по виду. — Мы равны вашим князьям по правам. А тут я не вижу никого из наследных принцев или императорских приближенных. Только они старше. Или я ошиблась в чтении договора?
— Ха! Как бы не так, — ответил сидящий по правую руку от нее кряжистый рыжебородый дварф. — Вы, остроухие, в документах почти как демоны, но и мы за сотни лет их проштудировали с мастерским трудолюбием. Все верно говоришь. Главы великих домов имеют равные с князьями Длани права и обязанности. И пришли мы не просто так. Вы обещали нам представление на арене. Мы его получили, спасибо. Но городу мастеров этого мало. Мы хотим, чтобы вы включили в ученики Белой ведьмы одного из наших.
— Аналогично, — кивнула эльфийка, — вы же даже не потрудились нас представить друг другу. Не то что рассказать о предложениях и претензиях.
— Боюсь, сейчас я не готова что-либо обсуждать, — ответила Энмира. — Давайте перенесем встречу на более позднее время. Например — завтра, в первой половине дня.
— Уверен, это будет удобно для всех, — поддержал ее Вейшенг.
— А я так не думаю, — вновь перебила Чикако, — вы слишком расслабились. Предлагаю по крайней мере представиться. И начну с себя. Хико.
— Как прикажете, госпожа, — тут же ответил Гелобор. — Перед вами последняя принцесса Силерантила. Истинная наследница срединного леса. Правительница внутреннего моря…
— Все эти титулы устарели, — поморщившись, заметил глава Уратакоты, — минимум лет на тысячу.
— Их никто не отменял и не оспаривал. Морские эльфы признали право госпожи. Дело за Алинелем, и тогда она станет…
— А я сам за себя сказать могу, — хохотнул дварф. — Длоин Рыжий, младший регент города мастеров. Ну да, всякими длинными прозвищами похвастать не могу. Зато тот доспех, что носил этот малец, — он ткнул в меня пальцем, — изготовлен в наших мастерских. Как и паровые танки, патрулирующие подлесок вашего ненаглядного Алинеля. А еще паровые пушки, тачанки, пароходы и мобили. Все это — наших рук работа. Потом, кстати, с тебя, парень, я спрошу.
— Эй, повежливей, — усмехнулся старик Рейнхард, — ты с моим сыном говоришь!
— Да ладно тебе, сто лет уж знакомы, — отмахнулся Длоин, — считай, что я его простил. Ну почти. Если доспехи вернет и укажет, как он их приобрел, у кого из дварфийских мастеров.