— Что? — спросили хором я, Малик, и Бурхес.

— Старик работает заметно быстрее, а парня взяли на работу за другие достоинства, — ревизорша бросила откровенный взгляд парню ниже пояса, отчего тот и Мальвина покраснели. — Пальцы как сосиски, чего он там наработает?

— Ну а по доходам как? — интересовало меня.

— На удивление тут неплохо идут дела, Мальвина на своем месте, как руководитель производства она хороша. Надо её на этой должности оставлять. За счёт экономии материалов примерно семьсот золотых можно выиграть. Твоих будет две восемьсот золотом в год, и моих сто пятьдесят за общее руководство. И да. Торберу можно предложить десять золотых за работу на погрузке, или выгнать.

— Как Мальвину оставить? Она вон своего любовника притащила на работу, — не понял я.

— Гарод, тебе сколько лет? — попыталась сыронизировать Приска.

— Шестнадцать! — ответил я.

— Гм…– вопрошающая даже сбилась с мысли. — Выглядишь старше, но неважно. Не будь наивным, все так делают, берут на работу по знакомству, платят не только за труд на своем рабочем месте. Сплошь и рядом такое. Так этот мир устроен. Но со мной такого не будет.

«И не этот тоже», — подумал я.

— Я согласен, — быстро сказал Торбер, преданно глядя на Приску.

— Я.. я тоже согласна, — если мои шестьдесят золотых оставите, — запнулась Мальвина.

— Сорок пять и двенадцать твоему любовнику, — отрезала Приска.

— Согласна, — не глядя в глаза мне, сказала обладательница земного сказочного имени.

— Идёт! — решился я. — Только надо школу закончить для начала, а потом ты нанята.

Идем к дилижансу, провожаемые взорами всех работников.

— Гарод, дай мне дилижанс свой, к родителям надо съездить, и Малика твоего на вечер, хочу его с родителями познакомить, — вдруг попросила меня Приска.

— Зачем? — опять хором спросили мы.

— Скажу, вот нашла нового жениха, а то они уже с семьёй Гревла начинают объединение, а я расхотела. Малик, побудешь моим женихом один день? — сказала девушка. — Ну и заодно подтвердишь, что моя зарплата уже триста пятьдесят золотых в год. А то засунут меня в семейный магазин на годовой оклад в двадцать золотых года на три, опыта набираться.

— Малик, ты как? — спросил я.

— Надо цветы купить и сладости, и отцу твоему вина, или что он любит? — не ответил на мой вопрос Малик, дав понять, что он совсем не против.

Я поймал кибитку и отпустил Малика с Приской к родителям последней. Сам же с Бурхесом поехал в бордель. Хрена ли эта Мальвина задницей так крутила, что в голове у меня одни гормоны сейчас.

В школу я опять успел за пару минут до отбоя, и Приску увидеть не успел. Зато утром она сам меня нашла, постучавшись ко мне в дверь.