Лес вокруг стремительно менялся. Деревья становились старше, их стволы — толще, а кроны — гуще. А ещё воздух постепенно наполнился сладковатым ароматом, от которого слегка закружилась голова.

— Уже близко, — произнесла Владислава, не оборачиваясь.

И действительно, вскоре деревья расступились, открывая поляну, на краю которой наша троица на пару секунд задержалась.

Цветы. Тысячи и тысячи цветов, покрывавших землю сплошным ковром. Они были крупными, размером с тарелку, с лепестками всех оттенков фиолетового, от бледно-лилового до почти черного. Никогда таких не видел, и кажется, тот сладковатый аромат исходил именно от них.

— Что-то не так? — спросила Владислава, заметив, что мы остановились. Тропинка, по которой она нас вела, тянулась к огромному и очень старому дереву, растущему в центре поляны.

— Нет, — ответил ей, но сам продолжал ощущать что-то странное в воздухе.

Мы все-таки двинули дальше за ней, но с каждым шагом я продолжал ощущать нечто странное. Меня начало слегка вести, и тогда я понял, что все это — еще одна большая ловушка. Владислава продолжала идти через поле как ни в чем не бывало.

Триплексы от воздействия моей силы ожили, метнулись к женщине и оплели её шею цепью острых зубцов.

— Князь… — она замерла и осторожно потрогала то, что окружило её горло. — Что вы…

Юлианна в этот момент пошатнулась и упала на колени, хватаясь за голову.

— Ростислав… Мне что-то… нехорошо…

— Убери «это», — приказал я лже-эльфийке, — или клянусь, до того, как потерять сознание, я отпилю тебе голову.

— В таком случае вы и сами навсегда останетесь тут, — Владислава повернулась, и в её глазах не было страха. — Это посмертные цветы, они усыпляют, но если вдыхать их аромат слишком долго, то уснешь навсегда. Для меня они безвредны, но если убьете меня, не найдется никого, кто бы мог вас вытащить, князь.

— Значит, это всё ловушка… Ты сговорилась с Кланом Ночи.

— Мне не оставляют выбора, князь. Если бы вы пришли раньше, то разговор был бы другим. Сейчас же мне сделали предложение, от которого я не могу отказаться. Вы в обмен на нашу свободу. Клан Ночи не станет преследовать Чащу и позволит нам уйти, если мы поможем им заполучить вас.

— И вы им поверили? — фыркнул я.

— Это предложение сделал сам Древний через своего сына, а он не нарушает слов. Сто лет мира, сто лет нас не будут преследовать и искать. Я вас уважаю, даже немного восхищаюсь вашими талантами и амбициями, но я слишком долго живу на этом свете и повидала многих смельчаков, пытающихся сражаться с Кланом Ночи, и понимаю, что вам не победить.