— Я… не знаю. — Кажется, она всё же сейчас разрыдается. — Я… не могу попасть в подвал. Но там точно что-то произошло! Отец… Он мне не отвечает! И Слава тоже молчит…
— Какой Слава? — не въезжаю. Что не мешает мне, прижав телефон одной рукой, второй нащупывать и натягивать джинсы.
— Беркутов. Наш начальник безопасности.
— Скоро буду. Никуда не влезай, поняла?
— Да.
— Я на тачку и к вам. Всё, отбой. Если что — я на связи.
Начинаю заталкивать смартфон в карман, но передумываю. Набираю Львова. Он целитель. Мало ли что…
— Лекс, ты мне нужен, — говорю, уже открывая дверь поместья и пикая сигналкой тачки. — Подъезжай к поместью Назаровых. Так быстро, как сможешь. Если доберёшься раньше меня — успокой княжну.
— Что случилось? — ожидаемо спрашивает он.
— Не знаю. Может быть, ничего. А может быть, что-то очень плохое. Всё, гони. Встретимся там.
Я отключаюсь, втапливаю газ и вывожу тачку с территории поместья Каменских.
Глава 8
В поместье Назаровых я всё-таки оказываюсь быстрее Лекса. В начале пятого утра на трассах не так много машин, поэтому я просто лечу, выжимая из Токсиновой тачки максимум.
В противовес моим ожиданиям, на территории поместья стоит тишина. Свет во флигеле прислуги тоже не горит. Нет ни скорых с проблесковыми маячками, ни полиции. Ольга молодец: несмотря на страх за отца, дело Червя предавать огласке нельзя. Поэтому она положилась на меня.
Машину я бросил метров за сто до ворот — по этой же причине. Чтобы не шуметь.
Калитка в тяжёлой кованой створке ворот открыта, и возле неё дрожит тёмная фигурка. Княжна даже не подумала одеться. Сейчас на ней какая-то кружевная хрень, маскирующаяся под короткий халат.
На ходу стаскиваю с себя ветровку и набрасываю ей на плечи. Понятно, что в таком нервяке она не чувствует холода апрельской ночи. Но завтра он точно даст о себе знать.
— Туда! — шёпотом кричит Ольга и тянет меня за рукав в обход особняка.
По пути снова набираю Лекса.
— Не разводи шухер, — предупреждаю. — Увидишь мою тачку — тормозни там же. И жди справа от главного входа в дом. Позову.
— Понял, — кратко отзывается он.
Мы обходим особняк. С задней стены, почти не видимые в темноте и коротко стриженных туях, прячутся ведущие вниз ступени. Длина лестничного пролёта — метров десять. А глубина хода — не меньше пяти. Когда спускаемся, оказывается, что вход внутрь преграждает металлическая дверь с воротом. Это не подвал — бункер.
— Видишь? Закрыто изнутри! — Ольга поворачивает и дёргает ворот. Он послушно крутится, но дверь не открывается.
— Нет, снаружи. — Отодвигаю княжну от двери и показываю под ноги. На бетонном полу под нашими ногами видны мокрые потёки. — Видишь вот это?