Беспилотник, описав большую дугу, вернулся обратно.

— Доходим до границы, там встаём. Смотрим, слушаем. — выдал новое распоряжение Кот.

— Да, командор. — кивнул Ван Ультен.

Крейсер остановился, как и было приказано, «на границе» — в том самом пространстве, где притяжение звезды уже регистрировалось, но каких-либо вменяемых значений не достигало. В общем, будто встали на пороге, на коврике перед дверью, и робко топтались на месте, заглядывая через стекло внутрь дома.

Система, как бы ни просвечивали её и как бы ни гоняли частотный сканер, была пуста и безмолвна. Вернее, не совсем пуста: на орбите второй планеты, выступая в качестве рукотворной луны, висело какое-то огромное сооружение, однозначно определённое ИскИном как обитаемое. В доказательство своего утверждения ИскИн предоставил кадры, на которых видны были отблески искусственного освещения, правда, Кот так и не понял, где там ИскИн эти отблески увидел: на таком расстоянии картинка настолько размывалась, что сам он видел лишь игру света и тени. Ну да ИскИну виднее…

— Серж, дай мне максимальный сигнал на общей волне. — потребовал Кот.

— Да, командор. — согласился Ван Ультен.

Все «сторонние» процессы оборудования связи по приказу капитана были прекращены, и передатчик начал работать исключительно на Кота. А тот… раз за разом отправлял один лишь код — тот самый, полученный от «профессора». Наверное, всё же в качестве обычной перестраховки: сооружение выглядело действительно старым, настолько, что видело, наверное, расцвет Аргонской Империи! А если это действительно так, то и «код Императора» должен был подействовать.

В то, то огромная станция мертва верилось с трудом: и ИскИн сказал своё слово, да и тех же Хшаров вспомнить! Сколько тысячелетий минуло, а упрямые «копии копий» до сих пор ведь продолжают «тянуть службу»!

— Хрр-р-с-ш-хщ! Хр-р-с-с-ш-хщ! — взорвались динамики знакомыми «позывными», заставив Кота порадоваться собственной предусмотрительности.

И в то же время он, всё так же на общей волне, продолжал монотонно отправлять «императорский» идентификатор. А что ещё оставалось ему делать? Только «обозначаться», причём тем, что было в наличии: «связной» старинный эсминец остался где-то там, около Росса, а «дубликат» его «хшаровской» системы связи на «Пуму» так и не поставили. Были у Кота на этот счёт мысли, были, но как-то затерялись в ворохе других дел…

— Почему используете открытую волну с такой странной кодировкой? Почему не вышли на связь по закрытому каналу с военным шифрованием? — раздался из динамиков раздражённый голос.