— И все шло нормально! Было весело! Мы ликовали! Пока нас не предали! И только благодаря Ба-ару меня не похители, а Шейну не убили! Хотя другим не повезло…

— Кто вас предал? Какой род? — его голос изменился лишь самую малость.

— Наш род! — выдохнула она и указала рукой на лежащего рядом высокородного упырка — Он! Он предал!

— Быть не может! Что ты несешь такое! Там за дверью его отец! Он и мой прямой кровный родич!

— Я говорю правду! Кроме него нас предали и многие из других родов!

— Быть такого не может! Немыслимо! Что с тобой случилось там, племянница? Этот чужак в чем-то убедил тебя? Замутил тебе голову?

— Я говорю правду! Ты не слышишь меня?

— Что с молодежью из других отправившихся с вами родов?

— Мертвы. Как предатели, так и невинные. Все мертвы кроме тех, кого ты видишь в этой комнате. И все из-за этого урода! Сэйларкс — предатель!

— Тихо! Тихо! Прямо сейчас тебе следует замолчать, Сусана. И прежде, чем ты скажешь что-то еще, тебе нужно будет заранее обдумать каждое твое слово, дабы…

— Вот! — со стоном нагнувшись, она дотянулась до нательной сумки с торчащими из нее парой объективов и по полу толкнула ее к гостю — Возьми!

Сумка скользила до самой кровавой лужи, где и завязла в ее темных водах. Незваный гость посмотрел на нее как скорпиона, медленно наклонился, поднял, задумчиво взвесил в руке, словно прикидывая сколько неожиданных открытий и бед может принести ее содержимое, посмотрел на племянницу.

— Я все еще не понимаю. Не верю! Уверен, что в твоих словах звенит ложь! Никогда! Никогда я не поверю, что мой кровный родич и славный представитель рода Браво мог бы предать нас! Ладно другие роды — среди них немало поганых крыс, но чтобы кто-то из белых пошел против своих же? Чушь! Ты лжешь! Тебе замутили мозги!

— Дядя… — опираясь на руку, хрипя, златовласка приподнялась еще чуток и заглянула дяде в глаза — Послушай, дядя…Ты слышишь?

— Я слышу тебя, но все еще не могу поверить, что ты посмела произнести хулу на…

— Так вот… Завали уже свою пасть и пошел бы ты в жопу, дядя Легранвар!

Мужик у входа окаменел.

— Что⁈

— Я говорю — пошел нахер отсюда! И помни — ты мне больше не родич! Не родич! — отчетливо повторила Сусана, глядя уже на меня — Ба-ар… а мне нальешь того же?

— Ползи сюда — кивнул я ей — Тебе перешел стакан этого упырка. А вот он в моем баре пить не будет. Эй, говноед — с этой секунды тебе запрещен доступ к моему заведению. У тебя три секунды чтобы убраться отсюда нахер!

— Я…

— Нахер!

Под потолком раздался предупреждающий тонкий писк, на белоснежной груди возникла красная метка лазерного прицела и через секунду он оказался за порогом. Прежде чем он ушел, я остановил звуком от удара донышком стакана о стойку и, глядя ему в глаза, предупредил: