Охренеть…
Моих ноздрей коснулась вонь замаскированной парфюмом эльфийской жопы…
Кто, интересно, составлял последнюю гребаную надпись?
От вопросов я удержался, с удивительным трудом сохранив гоблинскую откровенную пасть закрытой. Но харю так перекосило, что усевшийся ровнее Пабло, как раз оглянувшийся на меня, заметил эту гримасу и задал логичный вопрос:
— Что-то не так, компаньеро? Не бойся — тут ничего худого никому не сделают. Парни и девки умные, глупостей себе не дозволяют. Да и строго у нас с этим — смотрящий бдит крепко. С нашим хефе Домиником не забалуешь.
— Хефе Доминик, — повторил я, запоминая новую информацию.
Последние часы пути я не задал ни одного вопроса — усталость взяла свое, и я попросту позорно отрубился. Отключился настолько плотно, что не осознавал и не слышал вообще ничего и никого вокруг себя. Вздумай меня кто разоружить и связать — у него получилось бы с легкостью. Правда потом я бы его убил за это… а так проснулся, и все остались целы. А еще я перекусил завернутым в лепеху холодным мясом, запил теплой водой из бурдюка и был всем доволен. Тело почти восстановилось — по моей оценке, я снова мог преодолеть в достаточно быстром темпе под сотню километров минимум и это по пресеченной местности. А если местность такого вот «щедрого» типа, где есть чем напиться и что сожрать на ходу, то дистанция потенциального марш-броска резко увеличивалась. Но пока такой необходимости не было, и я продолжал валяться среди «живых» мешков и разглядывать приближающийся блокпост.
— Те надписи, — пояснил я ждущему ответа охотнику. — Нижняя надпись… кто ее составил? Выглядит свежей…
— Надписи? — Пабло недоуменно прищурился, всматриваясь в еще далекий пост. — Погоди, амиго… так ты прочел, что ли?
— Прочел, — подтвердил я.
— Да как ты разглядел с такого расстояния так? — изумился лысеющий лидер бригады, усиленно тря себе веки. — Или я уже такой старый, что глаза сдавать начали?
— Я тоже не вижу, тио Пабло, — пропыхтел его племянник, толкающий повозку. — А я вроде пока молодой… Но ту надпись помню почти наизусть. Хорошая ведь. Звучная. Как же там было? А! Уже и прочитать могу: «Пост вежливого досмотра и чуткой бдительности за пределы родного края»! Говорят, на каждом посту такую повесили. А составила ее аюданте Гильда.
— Гильда, — повторил я, запоминая еще одно имя. — И чья она помощница?
— Так с самого центра она! Кто ж знает, чья… но вроде как старшая! А надпись эту года три назад подвесили под навес, — улыбался молодой Тьяго. — Сеньора Гильда знает, как защитить простой люд одними лишь словами! Не то чтобы нас притеснял кто — мы других ничем не хуже, — но все же душе приятно.