— Как думаешь, там ещё кто-нибудь есть внутри? — спросила едва слышно Инко.

— Понятия не имею, — ответил я ей точно так же.

Мужик стоял и ждал нас. Когда мы приблизились, он изобразил что-то вроде улыбки, но не очень радостной, и сказал, обращаясь ко мне:

— Привет, приятель!

— Мы знакомы? — удивился я.

— Да, ты проходил здесь примерно с месяц назад, только вот спутница у тебя тогда была другая, постарше, — сказал мужик, — вы шли в Текстильщики. Вроде девочку хотели выручить из беды. Как, получилось у вас это сделать?

— Извини, я не помню. Недавно сильно приложился головой, и теперь многое в тумане, — немного приукрасил я свою амнезию.

— М-да-а, — протянул мужик, — а у нас здесь с тех пор всё наперекосяк пошло. Текстилёвские с катушек совсем слетели. Что-то у них там случилось, что стали они во все стороны разбредаться и грабежами заниматься. Сейчас уже вроде поутихло немного, но сначала очень плохо было. У нас многих убили. Все предыдущие договорённости побоку пошли. Как будто они остались без начальства и пустились во все тяжкие. Не вы там набедокурили? — вдруг подозрительно взглянул на меня мужик, — а то больно уж по времени совпадает!

— Говорю же, не помню, — честно признался я, — но вряд ли. Ты ведь говоришь, что я со спутницей был. Разве могли мы вдвоём сделать что-то, чтобы потом такие последствия вызвать? Очень сомневаюсь.

— Так-то оно да, — задумался мужик, — банда большая, что вы могли сделать? Если подумать, то ничего. Одно хорошо, — вздохнул он, — железнодорожники исчезли. Хоть этой головной болью меньше.

— Кто? — нечаянно хором сказали мы с Инко и переглянулись.

— Тоже не помнишь? Ну, уроды такие… длинные, голые, ходят по железке, похищают людей и жрут.

Мы с Инко снова переглянулись.

— Будьте осторожны, — сказал я, — мы здесь видели неподалёку большую группу похожих существ. Наверное, они вернулись.

— И вам они ничего не сделали? — снова подозрительно взглянул на нас мужик.

— Так мы не стали приближаться, — решила помочь мне врать Инко, чтобы я, желая предупредить этих людей о возможной опасности, не наговорил лишнего и не подставил под удар нас самих.

— А-а-а-а, ну это да! К ним близко подходить не захочешь, даже если в первый раз видишь, — усмехнулся мужик и с некоторым сочувствием посмотрел на меня. Видимо, постепенно проникся тем, что я потерял память и начал меня жалеть.

— Мы пока шли через район, ни одного человека не встретили, — сказала Инко, желая сменить тему.

— Да, те, кто остался, бояться из домов выходить. Большая группа объединилась и ушла. Хотят за МКАД выбраться, где-нибудь на природе обосноваться. В городе совсем тяжело стало. Те, кто остался, либо побоялись идти, либо непонятно на что надеются, — печально сказал мужик, — голодают и гуманитарку ждут…