— Только вот у меня смутное ощущение, что вернуться я должен был намного раньше… но насколько, не помню. Просто сидит внутри какая-то тревога и чувство упущенного времени, — сказал я.

— Ну, раз уж мы уже здесь, может, тогда навестим твою спасительницу? — сказала Амина.

— Да, — кивнул я, — пожалуй, тянуть больше незачем.

И сказав это, я первым делом задрал голову, чтобы посмотреть на Анины окна. Никто на нас оттуда не смотрел. Все окна были закрыты, стёкла целы… в общем, тишина. С одной стороны, это было хорошо, с другой, внушало некоторое беспокойство. Мы же с Аминой довольно шумно себя вели и могли привлечь внимание тех, кто мог быть в доме, ведь на улице было тихо.

Второе, что меня взволновало, так это выломанная дверь в подъезд. С Аней это могло быть вообще никак не связано, но звоночек всё равно был очень тревожный. Кому понадобилось проникать туда силой, да ещё так неаккуратно? Что, домов в городе мало? Почему кому-то понадобилось ворваться именно сюда?

Конечно, квартир в доме полно и могли искать кого-то другого, но поселившаяся в груди тревога не только не уходила, а наоборот, росла с каждой секундой.

Мы вошли в подъезд и медленно стали подниматься. Не сговариваясь, мы вдруг поняли, что вели себя в последнее время слишком беспечно и не помешает соблюдать осторожность.

До четвёртого этажа всё было спокойно и никаких следов разрушений после выломанной подъездной двери не наблюдалось. Я даже немного успокоился, но, как оказалось, слишком рано. Как раз в Анину квартиру дверь тоже оказалась выломана. Причём, как и подъездная, довольно грубо. Разворотило и косяк, и стену, а сама дверь лежала на полу.

Я увидел валяющийся дальше по коридору утюг. Это был тот самый, что спас мне жизнь.

Мы остановились возле входа в квартиру. Там было тихо. То, что здесь случилось, произошло не сегодня и не вчера. Так что, что бы ни было, всё это уже в прошлом. Нам только оставалось попытаться понять, что именно случилось в квартире.

— Слишком поздно! — пробормотал я, — я пришёл слишком поздно!

— Погоди делать выводы, — попыталась утешить меня Амина, но в её голосе уверенности не чувствовалось.

— Я не сдержал обещание, и с девочкой случилась беда! — сказал я.

Внутри всё заледенело, так, что даже дышать стало трудно. Ноги сделались ватными, и я еле-еле заставил себя сделать шаг, чтобы переступить порог.

— Алик, соберись! — вдруг толкнула меня в плечо Амина, — слезами горю не поможешь! Давай осмотрим квартиру, может быть, что-то прояснится.

Слова Амины подействовали на меня отрезвляюще. Она была совершенно права, рефлексия сейчас неуместна, нужно попытаться исправить ситуацию, а для этого сначала нужно в ней разобраться… только вот, бывает, так что ничего исправить уже нельзя…