Вилы, топоры, ножи, но в основном копья. Если можно так назвать заостренные палки в руках мужичья.

Я уже механически поправил отросшие волосы, не забыв при этом сверкнуть браслетом. Просто этот жест немного остужает пыл большинства людей. Если нет, то в ход идет тяжелая артиллерия в виде демонического проявления. Клинки, ядро или броня, неважно.

— Уходи, — стукнул клюкой пожилой дедуля с седой бородой чуть ли не пояса. Похоже и есть местный голова.

— Не уйду, — спародировал я его, стукнув посохом.

— Чего надобно? — пробасил детина с молотом.

Ну да, в каждой деревне есть свой кузнец. И обычно это дородный детина, который любому оружию предпочитает знакомый инструмент. В бою он практически бесполезен, но если такой и достанет, то мало не покажется.

— Еда нужна, — пожал я плечами. — Торговать пришел. Мы с отрядом тут проездом, закупимся и двинем дальше. Проблемы никому не нужны.

— Не нужны, так и тикайте отсюда, — прошамкал старик. — Нет у нас еды. Самим мало.

— У меня есть орлы, голова, — произнес я миролюбиво и достал монеты. — Золото. Куплю втридорога.

— Золото? — усмехнулся голова. — Так что же ты его не жрешь, а? Или нам предлагаешь твое золото жрать, пес?

И так уже в третьей деревне подряд. В первой еще удалось кое-как договориться с местными, во второй дело чуть ли не до драки дошло, так что пришлось уйти.

— Голова, я ведь тоже могу обзываться начать, — произнес я, теряя терпение. — И никому от этого хорошо не станет. Продай еды, какой не жалко, в дорогу. Сухарей хоть, да картохи немного.

— Нету, говорят тебе. У самих малышни по три на хату. Чем кормить будем? Император проехался со своими псами, все забрали. И баб попортили, и погреба все вскрыли, какие нашли. Так и вы тут еще.

Внезапно за моей спиной послышался треск. Я обернулся как раз вовремя, чтобы успеть отойти в сторону, как частокол посыпался. Примерно два метра укреплений разлетелись в стороны, а в деревню вошел Кай, на ходу превращая длинный клинок обратно в ладонь.

— Долго ты тут еще будешь? — произнес он, брезгливо осматривая столпившуюся толпу.

— Пошли вон отсюдова! — завопил обезумевший старик. — Ироды проклятые. Ничего не дам.

— Э-э, мужик, — протянул Кай, сверкнув зубами. — Пасть закрой. К господам ловцам надобно обращаться «уважаемые господа ловцы». А ирод здесь только ты и твои шавки.

— Пошли отсюда, — бросил я, выходя обратно в пролом. Затем развернулся и бросил голове одну золотую монету. — За забор. Спасибо за гостеприимство.

Не хотелось общаться ни с местным головой, ни с крестьянами. Обнаглевшему Каю тоже хотелось леща прописать, но это мое стандартное желание. И как раз при посторонних выяснять отношения не стоит.